— Вряд ли вы вытрясете из него больше, чем мы уже извлекли. Но чисто чтобы поиздеваться — передадим вам парочку образцов.
— Не парочку, Явик! Я хочу всех! Отдайте их мне — и я соглашусь остаться с вами. Иначе нам не о чём говорить.
— Разве? — аватар лукаво склонил голову. — Даже о координатах центральной базы сайлонов и Узла воскрешения, на которой находится Чёрный Обелиск?
Кейн на секунду призадумалась, но затем покачала головой.
— Что от них толку? Обе базы оборудованы прыжковыми двигателями, об этом даже Инвир знает. Сайлоны не идиоты, и сменили местоположение, как только узнали о захвате корабля воскрешения.
— Верно. Но сменой местоположения командовал всё тот же Кэвил. Его копии знают, как он думает. И могут назвать нам наиболее вероятные места, куда они бы пошли. Эту информацию нельзя разобрать побитно, как воспоминания. Образ мышления — более сложная штука.
— Скажи мне правду, Явик, зачем ты так цепляешься за меня и мой корабль? У тебя скоро будет прыжковый корабль, превосходящий по размерам любое творение Колоний, и многие сотни навигаторов к нему. Тебе так нужна фабрика «Рапторов», или что?
— До этого «скоро» ещё дожить надо. Мои наставники учили меня использовать то, что есть под рукой прямо сейчас, а не ожидать грядущих поставок, которых может ещё и не случиться. Помоги мне разделаться с моими врагами, Елена, и я помогу тебе поразить твоих. Или же мы можем разделиться — и погибнуть поодиночке.
— От кого я это слышу? — хмыкнула Кейн. Парочка, выясняя отношения, похоже, совсем забыла, что в конференции они не одни.
— От меня, — признал Явик. — Да, всего пару лет назад я мыслил так же, как ты сейчас. Я бы с удовольствием пожертвовал собой и другими, чтобы нанести врагу чувствительный — пусть даже не летальный — удар. Но с тех пор я всё время учился. Некоторые уроки были довольно болезненными, но они того стоили. Теперь я знаю, что бить врага нужно сразу насмерть, а не обкусывать ему щупальца, вместо которых он быстро отрастит новые. Мы пока не знаем, где сердце спрута, и есть ли у спрута сердце… Но вы-то своего как раз знаете!
— Позвольте я вас помирю, — вмешалась Серан. — Мы можем совместить приятное с полезным. Мы с сообществом центурионов изучили некоторые записи рейдеров, а также сообщения Мордина по поводу Кровавых Лун… и я думаю, именно «Пегас» может нанести им весьма чувствительный удар, при этом подвергнувшись приемлемой степени риска. Но действовать нужно быстро…
Несмотря на то, что Кровавые Луны сделали возможным для своих слуг использование прыжкового двигателя, сами они его не используют. Может быть потому, что перемещение таких монстров пожирало бы слишком много тилиума. Или может быть, многомерное поле множества Обелисков как-то нехорошо влияло на прыжок. Мордин не знал, в чём причина на самом деле.
Зато он знал, что Луны используют вместо этого. Они пересекали галактику с использованием эпицентрического двигателя — разновидности варп-двигателя, подобного тому, что использовали Жнецы, но несколько мощнее — если Жнец на полной мощности выжимал одиннадцать тысяч световых, то крейсерская скорость Лун составляла пятнадцать тысяч, и это они ещё не торопились.
В стратегических, галактических масштабах это вроде бы и медленно. Семь лет понадобится, чтобы пересечь Млечный Путь из конца в конец. Но в тактическом плане это означает, что живой планетоид несётся на чудовищной, невообразимой скорости. Когда до его прибытия в Цираннус останется всего один час, он ещё будет находиться в полутора световых годах от цели! Попробуй найди его на таком пространстве. В подобных масштабах даже луна — меньше пылинки. А расходящийся от неё свет достигнет сенсоров, когда она сама улетит уже намного дальше.
А поймать её нужно именно на марше, после схода с варпа это будет бессмысленно — пусть ею там Яутжа занимаются.
Но на наших охотников работает, во-первых, псионика. Она не может выдать координаты Луны с точностью хотя бы до светового часа, но общее направление на неё Мордин чувствует. Да и не только он. У многих, слишком многих отдаётся в черепе зловещее ухание «Мы идём, мы голодны» — даже у тех, кто давно перебрался в соседние звёздные системы.
А во-вторых — механика прыжковых двигателей. Выйти из червоточины рядом с чем-то — гораздо легче, чем в совершенно пустом пространстве. А Кровавая Луна на полном ходу — это таки очень «кое-что». Вакуум вокруг неё буквально кипит. Идеальная зона выхода.
К сожалению, идеальная она только для двигателя, не для тех, кто этим двигателем пользуется. Скорее всего такой прыгун-смельчак окажется расплющенным в вихре сжатия пространства, или разорванным на куски в вихре расширения.
Поэтому Елена Кейн вызывает из пилотов «Рапторов» добровольца-камикадзе на заведомо смертельное задание. Уже прогресс — месяцем раньше она бы просто ткнула пальцем в самого бесполезного по принципу «добровольцем будешь ты». Аргументы Серан, похоже, оказали некоторое воздействие — желающих нашлось всего трое. Недавно была бы добрая половина экипажа.
