Капитан озирался, ища, куда бы сбежать. Эти весельчаки схватят его и начнут опять качать. Матросы прикатили пустую бочку и усадили капитана на нее, словно на трон. Весельчак Брайан преклонил колено.
— Государь, наш повелитель, что вы прикажете своему лорду, Брайану ОТулу?
Все веселились. Они провозгласили капитана своим повелителем, королем, императором Карибского моря. Позже разожгли костры. Устроили праздник. Помянули своих друзей, которых потеряли в этом бою. Выпили немного рома. Данька впервые сделал два глотка этого обжигающего напитка. Утром все принялись за работу. Надо было ремонтировать корабли, латать дыры. Зашивать паруса. Работал все. Раненые тоже нашли себе дело. Они отыскали голубую ткань. Сделали полотнища и мастерили знамена. Голубой цвет, цвет этого неба и моря или голубая кровь их короля и повелителя. Из белой ткани они вырезали лебедя и корону. Это они нашивали на свои знамена. У них свое знамя, новое, какого еще не видели эти моря.
На острове они работал до позднего вечера. Потом засиживались у костров. Вставали рано, чуть свет. Просто так исчезнуть на какое-то время Дэн не мог. Не мог же он оставить этих парней, когда они восстанавливают корабли. Понимал, мать волнуется. Ремонт закончен, флот Свена вышел в море. Они покинули этот маленький зеленый клочок земли. Если смотреть на карту, крохотная точка среди волн. Даня про себя назвал этот остров Баунти. Они пересидели на острове штиль, который предсказывал боцман Брин, и небольшой шторм. Сейчас они шли домой, шли победителями. Во главе с капитаном они одолели мощь Испании. Было чем гордиться. Парни называли Свена не иначе, как мой император. Даня думал, это такая игра. Пусть тешатся. Капитан тоже думал, дети резвятся. Он говорил сыну:
— Господи, когда им надоест это? Придумали, император.
Но вышли они в море уже не под флагом Веселого Роджера. Новые знамена с белым коронованным лебедем. Что-то в одночасье произошло с этими ребятами. Они держались по-другому. Дисциплина на корабле стала жестче. Ее установили сами матросы. Они ревностно следили за чистотой на корабле и за своим внешним видом. Они больше не разбойники, не пираты, они — подданные его величества императора. Они превращались в регулярную армию. В осанке и взгляде этих парней появилась особая гордость, словно произошел перелом в сознании. У них появилась цель, они были связаны ей. Они могли гордиться собой. Все сокровища теперь не имели для них никакого смысла. В них росло чувство единства, необыкновенного братства. Данька шел по палубе, проверял порядок. Все отлично. Брин и старпом Колин теперь держались как-то особо. И они подходили к капитану, как к императору, стараясь на людях показать, как они уважают своего повелителя. Только в каюте капитана, оставаясь с ним один на один, они позволяли себе проявлять простые дружеские чувства. Обычную сердечность. Сол идет совсем не так, как раньше. Совсем недавно этот парень разгуливал по палубе, засунув руки в карманы. На всех поглядывал свысока. Сейчас просто не узнать.
— Дэн, — сказал Сол, — у нас все в порядке.
— Вижу, Сол. Вижу, дружище. Вы молодцы.
— Я тут подумал, император прав.
— В чем?
— Всех холостых за борт.
— Чего?
— Ты сам сказал, капитан приказал, что бы все матросы женились. Я согласен. Всех, кто не женится за борт, спишем на берег. Придем в порт, я обязательно женюсь.
— Сол, ты женишься? — Если этот парень решил обзавестись семьей, дело серьезное.
— Да, что б у меня семья была, дом. Детей заведу, непременно сына рожу. Потом можно девчонку, но сначала сына. Вот так. Я ему расскажу о наших походах. О нашем капитане. Когда он подрастет, я приведу его на наш корабль, на "Скиталец". Сам буду обучать морскому делу. Пусть учится у отца. Матросом будет. Если что, я его по родительски наставлю на путь истинный. Пусть знает…
— Сол, погоди, ты чего. Еще не родил сына, а уже собрался ему мозги вправлять. Драть.
— А как же, он должен стать настоящим моряком, как его отец. Что б не позорил меня, наш корабль и императора.
— Так нельзя, Сол. Представь, он вырастет, женится и у него родится свой сын. Вот он сидит в вашем доме, посадил сынишку на колени. А тот спрашивает, а дед где? Вон, сидит возле дома, трубку курит. А дед у нас старый? — будет спрашивать твой внук. Нет, сынок, дед у нас еще хоть куда. Он моряк, он не раз выйдет в море. И ты с ним пойдешь. Правда, я с дедом пойду? Конечно, с дедом. Он тебе покажет, что такое море.
Сол улыбался, довольный.
— Ты думаешь, Дэн, мой внук тоже пойдет в море? Со мной?
— Спрашиваешь. С тобой пойдет. Ты дед, кто его еще научит морской премудрости. Отец, твой сын, поможет. Но основатель рода ты. Твой долг показать им, что такое настоящий моряк.
— Да. Да, — Твердил Сол. — Я научу внука, непременно научу. В первый поход он пойдет со мной.
Сол пошел дальше, мечтая о том, что выйдет на этом корабле со своим внуком. Вон Брайан. С молотком в руке. Прилаживает дощечку. Дэн подошел к другу. Тот ворчал:
