Нашел в чемодане выключенный телефон и прихватил его с собой, отправляясь на верхнюю палубу. Сна ни в одном глазу. Энергии хватило бы на три поединка без передышки.
Усаживаюсь на все еще не потерявшую тепло палубу и устремляю взгляд на огни ночного города. Телефон медленно оживает, просыпаясь от недельной спячки.
Конец райской жизни настигает меня сразу, как только я слышу вибрацию в руках. Неделя рядом с Сашей вдали от звездной жизни пролетела слишком быстро, оставляя после себя сладостное послевкусие, но пора возвращаться к делам. Впереди ждут усиленные тренировки в наказание за ленивый двухнедельный отдых и очередной мордобой с зарвавшимся подонком.
Наблюдаю за размеренной жизнью засыпающего города и думаю о своей девочке. Она вроде здесь рядом, рукой подать, но оказываясь в реальности звездного мира, я рискую потерять её. И тревога впервые просачивается в мою душу — Александра — единственная, кого мне не хочется отпускать из своей жизни.
Телефон начинает истошно трезвонить, разрываясь от оповещений и сообщений в мессенджерах. Куча неотвеченных звонков и столько же непрочитанных голосовых вспыхивают десятичными цифрами.
Ну здравствуй, привычное бытие, рад ли я тебе?
Открываю первый мессенджер и впереди планеты всей спешат ко мне сообщения от Сюзан с поздравлениями. Не сразу понимаю, с чем она поздравляет, а потому открываю ссылку, которую она кидает в сопровождение своим словам.
Без эмоций рассматриваю белый экран, пока ожидаю загрузки какого-то новостного ресурса, а когда он открывается первым делом гашу желание выкинуть телефон за борт — на экране крупными черными буквами мелькают сообщения СМИ, вещающие о грандиозной свадьбе Рея Канемана с его невестой Венди Хоул.
Пялюсь в эти буквы и пытаюсь осмыслить их. Жизнь вдали от современности превратила мозги в кашу, либо поступок Рея мне кажется чересчур идиотским.
Следом наваливается какое-то тотальное смирение, и я лишь горько усмехаюсь, разглядывая свадебные фотографии своего дебильного друга.
Чужая душа — потемки, поступки других людей нам действительно никогда не будут понятны.
— Блядь, — И опять усмешка непроизвольно срывается с губ.
Еще раз пробегаюсь по строчкам и фотографиям статьи, цепляя дату свадьбы. Этот дурак совершил очередную ошибку вчерашним вечером. И я все еще пытаюсь поверить в это, перечитывая в десятый раз заголовок.
Молодец, Рей, бьет рекорды по упрямству, если бы за это платили деньги — он подвинул бы самого короля экологичного автопрома.
Хер с ним.
Его жизнь.
Вбиваю заученные цифры его номера телефона и с полным равнодушием терплю длинные гудки.
— Наконец-то! — Слышу голос с претензией. Отошел дружище, пар выпустил.
— И тебе привет, — Безоблачно кидаю в ответ.
— Где ты был? Я всю неделю пытался до тебя дозвониться!
Флегматично вздыхаю, разглядывая ночное небо, затянутое городским смогом:
— Отдыхал на яхте далеко в море, а там, как ты знаешь, связи не бывает.
— Охереть, нашел время.
— Так я же не знал, что мой друг будет претендовать на роль самого упрямого барана, — Размеренно тяну, окончательно принимая то, что есть тупая гордость в этом мире, которая способна разрушить не одну жизнь. — Мне стоит тебя поздравить или ты и так догадаешься, что я думаю по этому поводу?
— Оставь, Тайлер. Я знаю, что ты думаешь. Но за то, что не пришел на свадьбу — надеру тебе задницу при удобном случае.
— Без проблем.
В этот момент почему-то хочется закурить сигарету, как я обычно делал в далекой юности, когда сталкивался с неожиданными поворотами судьбы. До последнего думал, что друг изменит свое решение и дать шанс их паре с Мэд.
— Тайлер, — Слышу усталый вздох на том конце коннекта, когда наша пауза затягивается. — Эта женщина не любит меня. Она двенадцать лет мучила нас обоих из-за глупых домыслов. Ей просто нравится страдать и чувствовать себя жертвой. Будь она честной с самой собой, она бы призналась себе, что причина нашего расставания — глупая и была легко-решаемой, но Аддамс требовалась драма. Тай, любящий человек не будет строить стены там, где надо стоить новые дороги. Я не верю в её оправдания, и давай оставим эту тему навсегда. Я не буду бросать Вен, с которой строю отношения херову тучу времени, ради женщины, которая разрушила нашу любовь из-за предрассудков, а после не сделала ни единой попытки исправить то, что натворила.
Ну есть доля правды в его доводах, но гордость все-равно стоит на первом месте.
— А теперь забудем эту тему, — Продолжает Канеман. — Когда в ЛА прилетишь?
— Скоро. Надо добить один вопрос и буду выдвигаться. Бой в мае, тренер требует немедленного присутствия на спаррингах.
— Что там с твоим Итаном? Помогла информация от сборной?
— Да.
— Нашел его?
— Угу, — Задумчиво тяну, пребывая где-то между мирами. Пассивность наваливается на мою душу.
— И как он? Все еще в боевой форме? Надрать задницы следующему поколению не желает?
— Вряд ли он чего-то теперь желает. В его состоянии обычно ждут только покоя.
— Он в доме престарелых что ли?