В начале января 1943 г. в Сан-Франциско пришел пароход «Чапаев». НКРП СССР установил срок его ремонта в 35 суток. Судно встало на завод «Harley Marine Works», на котором уже пребывали пять советских пароходов. Предприятие, оказавшееся маломощным и недостаточно оборудованным, определило трудоемкость работ в полтора месяца, но этот срок не выдержало, в результате чего «Чапаев» простоял в Америке пять с половиной месяцев. На судне установили 75-миллиметровую пушки и два 20-миллиметровых зенитных автомата «Эрликон». Во время стоянки десять чапаевцев три дня изучали оружие в центре подготовки американской морской пехоты. Перед отходом в СССР пятерых моряков перевели на стоявшие в Сан-Франциско суда Морфлота[327].
Единственный теплоход АКО — танкер «Максим Горький» — зимой 1942 г. и весной 1943 г. также побывал в США. 23 ноября 1942 г. судно под командованием капитана М. Е. Зеленского отправилось в Сиэтл. Расстояние до него в 3 100 миль из-за низкого качества топлива и неисправностей главного двигателя покрыли за 16 ходовых суток. В Сиэтл судно пришло 9 декабря 1942 г. и встало в док на семь дней. В ходе ремонта своими силами перебрали детали движения машины, исправили руль, очистили танки, заменили часть электропроводки, установили эхолот, подлатали трубопроводы, покрасили корпус. По указанию военного представителя на танкере установили пулеметы, спасательные плоты, аварийный радиопередатчик и два новых приемника. Ремонт закончился 22 декабря. Затем судно направилось в Портленд, где приняло груз горючего. Из Портленда в Петропавловск танкер вышел 1 января 1943 г. и через 19 штормовых суток прибыл в родную гавань. Моряки доставили и «американские подарки» для эвакуированного населения. Их передали на склад во Владивостоке 9 марта 1943 г.[328].
Следующий рейс в США начался 30 апреля 1943 г. Заводы на Камчатке и во Владивостоке не могли качественно отремонтировать дизельную машину «Горького». В качестве ремонтной базы выбрали Сан-Франциско. Перед походом в Америку танкер должен был доставить нефтепродукты на комбинаты восточного побережья Камчатки. Выполняя ответственное задание по обеспечению малого промыслового флота топливом, срыв которого грозил провалом весенней путины, танкер взял обязательство, несмотря на то, что поршни главного двигателя имели трещины, увеличить скорость хода на 30 миль в сутки (норма — 152 мили в сутки). Для того, чтобы сократить пребывание судна в США, на переходе в Сан-Франциско суточный пробег был доведен до 200 — 225 миль, а «во время нахождения в Сан-Франциско экипаж взял обязательство произвести чистку танков собственными силами, работая не восемь, а двенадцать часов, также было постановлено во время чистки увольнительных в город не производить».
В результате увеличения скорости переход из Корфа в США вместо 21 суток занял 16, а обратный путь в Петропавловск вместо 24 — 19. Дополнительно к грузу, принятому в США в танки, были залиты два кофердама, что позволило доставить на Камчатку еще 100 т драгоценных нефтепродуктов. Грамотная деятельность машинной команды сэкономила за рейс 7 т топлива. Танкер привез домой подарков и белья для красноармейцев на сумму 129 долларов и 3 035 руб.[329].
17 марта 1943 г. из Петропавловска с грузом консервных банок, продовольствием и рабочими для Усть-Камчатска вышел «Якут». После выгрузки 7 апреля он направился в США. Предполагавшаяся здесь замена крайне изношенных котлов не состоялась. За время стоянки был выполнен ремонт машины, заварка и смена части котельных труб, корпуса, рулевого устройства, установлена пушка, четыре автомата «Эрликон» и спасательные плоты. Палубная команда покрасила пароход и помещения, машинная команда отремонтировала лебедки. Лучше всех работали боцман Трякин, матросы Мамонтов, Лютый, Ступак, механики Зубарев, Боженов, Медведев, машинисты Корольков, Еремин, кочегары Новиков, Чепраков, Полещук, Ковалев. 22 мая «Якут» ушел в Петропавловск. На переходе по метеопричинам и из-за разрыва пяти труб в котлах он потерял четверо суток[330].
Ремонт в США в 1943 г. проходил и «Анатолий Серов». Пароход встал на хороший завод «General Engineering Company». У командования и экипажа установились хорошие отношения с руководством предприятия, мастерами и бригадирами. При общении с американцами никаких недоразумений не возникало, они выполнили ряд работ, не предусмотренных планом. Экипаж трудился по 10 — 12 часов ежедневно. Отлично зарекомендовали себя старший механик Н. Р. Домра, второй механик Д. Р. Винтовкин, третий механик Семенюта, под наблюдением которых находились главные объекты ремонта. Хорошо показали себя машинисты Любченко и Кармелюк, старший кочегар Гаврилов, штурман Баклаг, матросы Шилютин, Мухин, Кашуба, Дудин, Гришин, Капитонов. Качество ремонта, по заключению механиков, портового инженера Половко и главного инженера при советском представительстве в Вашингтоне Гаврилова, было признано хорошим[331].
