При отступлении Белой армии из Казани красная флотилия стремилась прорваться на Каму и воспрепятствовать переправе армии на левый ее берег. В продолжение четырех дней первый дивизион, состоявший только из четырех кораблей, удерживал натиск всей красной флотилии. Мичману М. все время казалось, что вот-вот неприятель прорвется, поэтому он решил преградить фарватер Волги, затопив баржи.
Начальник речной обороны, находившийся на Каме, прислал две деревянные баржи вместо просимых железных. Грузили баржи камнями, созвав жителей находящихся поблизости деревень. Времени не хватало – красные напирали; наконец, начали топить баржи. Пробовали подрывные патроны, но они не взрывались. Рубить дно было рискованно для людей, так как красные жестоко обстреливали и флотилию, и баржи. Наконец решили топить снарядами. Попытка не удалась – деревянные баржи, недостаточно нагруженные камнем, отказались тонуть.
До темноты шел жестокий бой, и красные были отбиты. Ночью же, выгрузив на берег пушку с поручиком артиллерии Ч. и командой, дивизион отошел версты на четыре вниз по реке. На следующий день поручик Ч., стреляя в упор, утопил красный корабль, а затем разорвал орудие, наполнив дуло водой. Только через несколько дней, не потеряв ни одного человека, он присоединился к флотилии, которая уже находилась на Каме. Геройское действие поручика Ч. задержало неприятеля еще на один день, благодаря чему Каппелю удалось переправить через Каму всю свою артиллерию и обозы. Так закончилась Волжская кампания и началась кампания Камская.
С продвижением чешских эшелонов дальше на восток положение белых повстанцев на Волге становилось критическим. Народная Армия без помощи чехов была слишком слаба для удержания взятой у большевиков территории, не говоря уже о дальнейшем развитии Белого движения в глубь России. Вкратце дальнейшая судьба флотилии была такова.
Сызрань пала вскоре после Казани, и второй дивизион флотилии разоружился в Самаре. Поздно осенью начали эвакуировать Самару; к дальнейшей перевозке государственного запаса золота проявили необычайную заботливость как русские, так и чехи. Первый дивизион, проконвоировав транспорт судов береговой обороны до устья реки Белой, был послан дальше вверх по Каме на помощь рабочим Воткинского и Ижевского заводов, поднявшим восстание против красных. Уведомив их об отступлении главных сил на Уфу, мичман М. погрузил несколько тысяч винтовок, находившихся тогда на заводах, и вернулся в Белую на соединение с главными силами в Уфе. Третий дивизион, заранее посланный из Казани, чтобы очистить путь отступления по Каме, встретил сильное сопротивление красной флотилии, тогда оперировавшей из Перми, но успешно пробил дорогу для транспорта, потопив несколько красных вооруженных пароходов.
В Уфе флотилия была разоружена, а орудия и личный состав были погружены на поезда для дальнейшего следования в Сибирь, где в то время организовывалась новая армия. Этой зимой Сибирская армия адмирала Колчака заняла Пермь, и личный состав Волжской флотилии был возвращен из Сибири для организации Камской флотилии, блестяще действовавшей там в кампанию 1919 года.
Камская флотилия существовала недолго. С отступлением армии от Перми, летом 1919 года, флотилия была разоружена, и личный состав ее был частью использован для укомплектования Иртышской флотилии, а частью для сформирования Отдельного Морского батальона, вошедшего в состав Сибирской армии.
Я некоторое время ехал вместе с командой дивизиона, а затем, в Чусовой, пересел в вагон Минмора. В вагоне было все набито офицерами; были – Федотов539, Фомин, Гессе, Гутан. Несмотря на то что мы потеряли все то, над чем так долго трудились, все были настроены сравнительно бодро. Все ломали себе головы над тем, что дальше делать с людьми, пушками и вообще материальной частью флотилии. Пока что было решено сосредоточить людей и материальную часть в Тюмени. Разбирались причины неудач армии, и общее мнение было:
1) отсутствие связи, из-за чего штабы и командующие большими отдельными частями только могли как бы регистрировать события и писать донесения, а отнюдь ими не руководить;
2) неверно поставленная оперативная задача, целью которой являлся захват территории. На истребление большевиков смотрелось как на нечто второстепенное. Благодаря этому при наступлении большевиков из-за нежелания терять землю была сильно распространена система затыкания дыр резервами, которая ни разу себя не оправдала;
3) недооценка сил большевиков, так как при правильной оценке было бы естественным при начале же большевистского наступления сразу же оттянуть возможно большее количество сил в резерв и после чего повести контрудар.
