Мальчик почесал кончик носа и задумчиво оглядел лицо Дурсля.
- Магия исчезновения!
- Исчезновения! – поддержала его Эмили.
Парень выразительно приподнял бровь и грустно посмотрел на окружающих людей. Народ понял намёк и начал аплодировать, поддерживая молодого волшебника.
- Спасибо-спасибо! – мальчик низко поклонился, практически коснувшись шляпой земли, но она магическим образом удержалась на его голове. – Продолжим! Вернон, у каждого уважающего себя джентльмена должны быть часы, время ведь так дорого…
Фокусник и кукла грустно покачали головой.
- Ну? – мужчина поднял правую руку, продемонстрировав наручные часы с кожаным коричневым ремешком.
- Снимайте! – махнул рукой парень. – Будем показывать волшебство!
- Ты хоть знаешь, сколько они стоят? Да если с ними что-то случится, то я лично пере-…
- СНИ-МАЙ! СНИ-МАЙ! СНИ-МАЙ! – Вернон покосился на народ, после чего что-то еле слышно пробурчал и быстро стянул часы, неохотно закинув их во внутрь протянутой шляпы.
- Не дай Бог с ними что-то произойдёт, – хмуро произнёс Дурсль, нервно погладив светлые усы.
- Ах, не волнуйтесь, с ними всё будет в порядке! – заверил его мальчик, два раза стукнув тростью по шляпе, после чего перевернул её, демонстрируя, что внутри ничего нет. – Но это не вся магия исчезновения!
Парень важно поднял трость вверх и под неодобрительным взглядом Дурсля, готовым в любой момент сорваться в погоню за шкетом, прошел к тумбочке, широко раскрыв её двери.
Фокусник продемонстрировал всем, что она пуста и в ней нет дыр, постучал внутри тумбочки тростью, после чего залез внутрь и захлопнул за собой двери, махнув на прощание рукой.
Прошла одна минута, вторая… потом Вернону надоело ждать, и он резко раскрыл дверцы мебели, вот только внутри никого не оказалось. Тумбочка была абсолютно пустой.
- Исчез?!
- ИСЧЕЗ! – поддержал его народ.
Это было самое быстрое выступление фокусника, произошедшее в этой аллее. Довольно успешное, стоит заметить.
- Мои часы!
Конечно, не все оценили мастерство юного волшебника, кое-кто даже обратился в полицию, но своего ведь он добился?
В этот день все узрели «магию исчезновения», но кто-то так и не поверил в неё, в который раз убедившись, что все волшебники больные шарлатаны и воры.
-= Англия. Графство Суррей. Ул. Великса, 4/20. =-
Так, теперь аккуратно открываем дверцы, чтобы не разбудить старика, и…
- Ты снова воровал, Кевин? – дверцы сами раскрылись, заставив меня выпасть вперёд, прямо в крепкие объятья моего деда.
Чересчур крепкие и не сулящие ничего хорошего.
Мой старик был высок и широкоплеч, кожа лица всегда гладко выбрита, светлые волосы зачёсаны назад и прижаты гелем. Ну и хмурые алые глаза, сидящие под тонкими бровями, куда же без них?
В доме он всегда ходил в белой рубашке и серых штанах, подворачивая их до колен. Признаться честно, я никогда не интересовался об этой странности – не видел смысла.
Казалось, что он застыл во времени, в моих мыслях он всегда представал именно в этом виде. Ну, к сожалению, в данный момент держащий меня мужчина не был частью моих воспоминаний.
- Никакого воровства, – я мягко улыбнулся и покосился на Эмили, – старик, вещи попадают ко мне магическими пут-… Ауч-ауч-ауч, отпусти!
Меня бесцеремонно начали сдавливать в объятьях. Я попытался стукнуть старика по лбу тростью, но у меня ничего не получилось – мои руки были прижаты к телу. Пришлось терпеть и строить умирающие рожицы, чем ещё сильнее выводил из себя старика.
Люблю его.
Спустя несколько минут болезненного хруста костей, меня уронили на землю и дали, наконец, вдохнуть полной грудью воздух. Старик всегда говорил, что даже подобное «наказание любовью» учит очень важной вещи – осознанию того, что любовь очень болезненна…
- Кевин, я могу многое понять. И твоё увлечение фокусами, и куклами…
- Лучше спаси меня, его увлечение куклами нездоровое! – раздалось от Эмили.
- И чревовещанием, – продолжил дед, неодобрительно поглядев на мой прищуренный взгляд, направленный на куклу, – но твоя клептомания мне непонятна. Мы прекрасно обеспечены, попроси – и я куплю тебе что угодно! Ну, почти что угодно… К психологу ты идти не хочешь, сам понимаешь, я могу силком потащить к нему, но я уважаю твоё мнение и вижу, что с головой у тебя всё хорошо.
Я важно кивнул, вынув из шляпы позолоченные часы.
Старик всегда относился ко мне, как к равному. Видел не ребёнка, а взрослого. Но и требовал от меня соответствующего поведения и поступков.
Чтобы я не плакал, когда мне больно, ведь я взрослый, а взрослые не плачут. Я-то знал, что взрослые точно так же плачут, просто тогда, когда никто не может этого заметить…
Кхм, дед требовал, чтобы я исполнял обещание, ведь слово нужно держать, но тут я не совсем согласен, ну да ладно.
И многое другое, за что я был ему благодарен.
- Ну, почти хорошо, но на некоторые странности можно закрыть глаза, – продолжил мужчина, осуждающе поглядев на часы.
- Мне всегда казалось, что горячо любимому внуку подобных вещей не говорят, – я потёр бок и обвинительно взглянул на хмыкнувшего старика, отобравшего у меня мою добычу.
