Лицо Курилова выражало радость, в глазах сверкали искры восторга. Перед ним стоял моряк в желтовато-зеленой робе с множеством карманов на брюках и кителе, с пуговицами из маленьких радужно-оранжевых ракушек — искусство сингапурских портных. Руки его были заняты свертками, но он взмахнул ими и обнял Леонтия.
— Корешок![35]
Кореш — Друг, приятель (жаргон). Каким штормом на берег выкинут? Из загранки притопал?
Филипп Филиппович Слива, давнишний друг и товарищ Леонтия, был неподдельно рад встрече. Они несколько лет делили трудности и радости морской жизни. Но два года назад Слива неожиданно заболел, а Курилов ушел в дальний рейс, и они больше не встречались.
Курилов сильным движением высвободился из объятий друга, отступил, осматривая его, и, улыбаясь, с грубоватой нежностью, как это бывает между товарищами, проговорил:
— Филя! Здоров, чертяка! А я из Сиднея пришел, да вот на риф сел.
Хотя в голосе Леонтия не было ноток горечи или досады, Слива насторожился. Улыбка сбежала, а глаза сузились и пристально смотрели на друга.
Кэп[36]
К э п — капитан (английск.). в любви отказал или чулки зазнобе привез без арматурки?[37]
Арматур к а, арматурная книжка — вещевая книжка моряка, определяющая количество вещей, вывозимых из-за границы.
Нет, — качнул головой Курилов. Ему была прият на участливость Сливы. — Нашу коробку на капитальный ремонт поставили, а команду — в резерв. Думаю недельки две отдохнуть, а потом на новую посудину. А ты на какой болтаешься?
Ха! — снова оживившись, воскликнул Слива и, подмигнув Курилову, кивнул в сторону, где на угловом доме виднелась вывеска ресторана. — Причалим на пяток минут. Пивко здесь — отрада моряка.
Они вошли в прохладный зал ресторана. Выбрав в глубине столик, заказали пиво.
Слива, нагнувшись к Леонтию, быстро заговорил:
— Не буду я стройным юношей с Пересыпи, если из тебя человека не сделаю. После того как нас разнесло в разные стороны, мотался в каботажке[38]
Каботаж — прибрежное судоходство. и вот сейчас стал китобоем.
- Кем?, - переспросил недоумевающе Курилов. – Каким китобоем?
Таким. Будем малюток-китов на гарпун брать. -Слива посмеивался над озадаченностью друга. - Ты что, газет не читаешь?
Леонтий пожал плечами и спросил:
- К норвежцам, что ли, пришвартовался?
- Дайте мне саблю, и я из него бифштекс сделаю! — притворно вскипел Слива. - Разве может такое быть, чтобы Филипп Слива паршивым капиталистам стал служить! У нас своя, советская, китобойная флотилия теперь есть!
Честное слово, не знал, — признался заинтересованный Курилов.
И что мне с тобой делать? — с напускной озабоченностью протянул Слива, потягивая из бокала холодное пиво. — Скоро из Ленинграда на Дальний Восток выходит китобойная база «Приморье». Ее здесь построили. А три китобойных судна куплены у норвежцев. Наши команды за ними выезжают. Буду боцманом на одном китобойце.
Предстоящая разлука после неожиданной встречи огорчила Курилова. Постукивая пальцами по бокалу, Леонтий сказал:
Увидел тебя — подумал, что вместе начнем ходить.
А разве я сказал нет? — спросил Слива, вновь налив бокалы и приподняв свой. — Беру тебя в свою команду. Нам крепкие парни нужны. У тебя мореходка в порядке?
Курилов кивнул и добавил:
— Полтора года в партии.
Он хотел эти слова произнести обычно, но в голосе его прозвучала гордость.
От неожиданности Слива громко присвистнул:
— Вот это да!
Забыв о пиве, он с уважением и любопытством посмотрел на товарища. Курилов сдержанно улыбнулся:
— Думаешь, изменился? Тот же матрос Взглянув на ручные часы, Слива сказал:
-Курс в порт! Познакомлю с капитаном. И там решат. Ну?
- Согласен, - сказал Курилов, чуть сдвинув черные брови. Глаза его стали глубокими, сгрогими. - Сидеть на берегу — дело бичевское[39]
Бич, бичкомер — моряк, слоняющийся по берегу и не торопящийся уйти в плавание (жаргон).. — Помолчав, добавил: — Вот уж не думал, что стану китобоем.
— Отдавай швартовы! — произнес Слива, поднимаясь со своего места.
Товарищи вышли из ресторана на душную улицу и направились в порт.
Слива, зорко поглядывая по сторонам своими быстрыми черными глазами, говорил:
— Отсюда пойдем во Владивосток. Там наш порт приписки... Смотри, какая блондинка у витрины стоит — Мэри Пикфорд![40]
М э р и Пикфорд — американская киноактриса, пользовавшаяся широкой известностью в 20—30-х годах. Народ подобрался стоящий — мечта капитана. Наш кэп — старый морж. Фамилия его почти моржовая — Можура. Слышал, может быть?
Курилов покачал головой. Слива схватил его за руку, сверкнул глазами в сторону панели:
— Эх, какая брюнеточка! Вот бы ее подцепить на бук сир...
Леонтий улыбался, хорошо зная товарища. Слива только на словах — законченный донжуан. Проводив взглядом женщину, Слива нарочито громко вздохнул и, прикрыв глаза, продолжал:
— Тебя обязательно зачислят, или не я Слива. Вот кем бы тебя сделать? Знаешь что? — он даже схватил Курилова за локоть. — У нас наблюдателя нет. Убей меня мама, если ты не классический бочковой!
Ты подожди, Филипп... — начал Курилов. Но боцман перебил его, помахав кому-то рукой:
Эй! Укротитель китов!
