Приветики!
Вы уже видели новую работу по Драмионе? Нет? Тогда скорее прочти её, ведь мне так важно твоё мнение!
========== Часть 18 ==========
Со временем ведь привыкаешь жить без человека, верно? Становится не так трудно, когда есть хоть какая-то надежда на возвращение. Сидя в собственной комнате и размышляя о том, где сейчас он может быть, совсем не замечаешь, что без него уже не так тяжело, а внутри нет давящего груза.
Но стоит появиться малейшему напоминанию о нём, как маленькая стена, которой ты пытаешься огородиться от своих истерик и скуке по нему, рушится настолько стремительно, что остаётся лишь лить слёзы.
Спустя неделю отсутствия Криса Эва начала действительно волноваться. Сидя на стуле в школе, как на иглах, она совсем не могла думать о чем-то другом. Мысли были разными: от самых хороших до самых плохих. И Мун впору на стену лезть, потому что она о местонахождении Шистада совсем не знает.
Он просто исчез из её жизни так же неожиданно, как и появился в ней, принеся с собой уйму красок, которые наполнили жизнь школьницы Эвы собой без остатка.
Нура подбадривающе улыбалась ей, таскаясь везде следом. Она, как Мать Тереза, приносила рыжей в школу обеды и постоянно провожала домой, чаще всего так и не доходя до своего собственного, оставалась там.
Сатре всегда и всюду была с ней, даже порой отказываясь от встречи с Вильямом, так же полностью понимающим, насколько Мун тяжело.
Ведь стоило ему увидеть в те выходные, как смотрит на неё его друг, то вопросов, в принципе, даже не возникало в том, чтобы Магнуссон проникся к ней симпатией. А Крис так улыбался, когда она перебирала его волосы и мягко целовала в щеку, стоило ему выиграть раунд на приставке.
А Мун плакать хочется ежесекундно, потому что без Криса она уже не может.
И в течение этой недели к ней пришло конечное осознание того, что Теодора она совсем не любит. Ни капельки.
В столовой было много людей. Все сидели слишком тихо, потому что у всего третьего курса следующим уроком была контрольная. Мун же совсем не хотела сидеть на месте. Ей нужно было делать хотя бы что-то, чтобы отвлечься, а уж зубрить то, чего она не запомнит, смысла нет.
Нура вновь сидела рядом, двигая в сторону подруги контейнер с едой, которую приготовила утром, а Эве кусок в горло не лез. Аппетита совсем не было в последние дни, и Мун стала походить лишь на своё пособие раньше. Каким-то образом она сумела скинуть несколько килограмм, которые были далеко не лишними.
— Тебе нужно поесть, — повторяла Сатре, чуть ли не силой пихая в рот рыжей курицу и рис.
И Мун рада бы её послушать, вот только организм наотрез отказался принимать хоть какое-то подобие пищи.
— Я не хочу, — пожала плечами Эва, безразлично смотря перед собой.
Сатре поджала красные губы, переглядываясь с остальными девочками, которые тоже начали беспокоиться. Сана неодобрительно начала головой, но молчала, пока Вильде во всю пыталась разговорить Эву.
Но чтобы она не делала, Мун её реагировала. Девушка отмахивалась от любых вопросов. Ей впору на стену лезть, а не болтать.
— Он не звонил тебе? — спросила Сатре, чуть наклонив голову вперёд, чтобы лучше видеть лицо подруги, спрятанное за её волосами.
Эва поджала губы, стараясь сдержать себя от того, чтобы не расплакаться прямо здесь.
— Нет, — качнула головой она, чувствуя ком в горле.
И всё резко меняется в одночасье. Ей кажется, что внутри давит не так сильно, а дышать становится легче, потому что он, наконец, позвонил ей. Впервые за последние дни.
На экране высвечивается их совместное фото и подпись: «Любимый» с красным сердцем с правой стороны.
Руки трясутся, а пальцы совсем не хотят слушать, когда она, сломя голову, неслась из столовой к выходу. Лишь бы не было посторонних голосов.
— Да? — наконец, отвечает рыжеволосая, стоит ей выбежать на улицу в одной кофте. — Крис?
На другом конце слышится тихий вздох.
— Родная? — его голос чуть охрипший, словно он курил с четырнадцати, а нотки волнения отлично слышны. — Где ты?
Её дыхание учащается, а в глазах слегка темнеет. Она словно выпала из реальности, соображая, что стоит бы ему ответить.
— В школе, — вздыхает девушка, чувствуя холод, пробирающий до самых костей.
— Ты на улице? — она готова поклясться, что Шистад хмурится, когда спрашивает её об этом.
— Вышла, чтобы ответить, — оправдалась Эва, обнимая себя свободной рукой.
— Зайти внутрь, — приказным тоном говорит он, — не хватало того, чтобы ты заболела.
Мун улыбается, послушно поворачиваясь к школе и уверенно ступая в здание. Внутри и правда теплее, а людей совсем нет.
Пальцы рук совсем онемели, девушка прячет их под кофту, чтобы хоть как-то согреть.
— Я приеду за тобой, как только уроки закончатся, — говорит Кристофер, — позвонишь?
— Непременно, — улыбнулась Эва, ощущая невыносимый голод.
Она быстро скидывает, а затем бежит в столовую. Девочки все ещё сидели там. Благо, перемена была длинной. Проносится мимо стола, где сидел Клейн, который с особым интересом следил за ней.
