Эва снова опаздывает. Она всё ещё не может вернуть свой режим дня к норме, пока неделю отходила от расставания. Девушка бегала по дому, ища свои вещи, но так и не смогла отыскать нужную кофту. А потом дошло, что она забыла её у Криса.
Крис. Всего четыре буквы, а у неё внутри словно ураган прошёлся, снеся всё на своём пути. Эва и думать о нем не хочет, да не может. Постоянно возвращается мыслями к нему, хотя пытается забыть.
Перепрыгивая через лужи, Эва со всех ног бежит в школу, где уже начались уроки, а первым у неё должна быть контрольная. Не то, чтобы она хотела писать её, но все же нужно было исправлять тот пиздец, который был c её оценками.
На дворе стоял ноябрь, но погода всё ещё была непонятной до конца. То снег, то дождь, то солнце во всё небо. Эва порой сравнивала себе именно с этой погодой, потому что ей так же порой хотелось то одно, то другого, то третьего.
Нура успешно привыкла к перепадам настроения подруги, но все же думала о том, чтобы отправить её к психологу. Порой казалось, что у Эвы биполярное расстройство.
Смахнув с капюшона толстовки капли воды, Мун распустила волосы и прошлась между прядей пальцами, словно те были расчёской. В большом холле никого не было, что было девушке только на руку. Сняв с себя куртку, которая совсем не грела, девушка сложила её так, что можно было повесить на руку, после чего двинулась к лестнице. И лучше бы она пошла по другой.
— Так, так, — хитрый взгляд, хищная улыбка, которая теперь была на его губах всегда, стоит ему увидеть новую жертву, и жвачка, обязательно мятная, — неужели наша малышка опаздывает? Снова.
Эва безразлично смотрит на Теодора, который перегородил ей путь в класс всем своим телом. Он изменился. И снова женская половина школы мечтает о нём. Но только не она.
Только вот Вильде совсем не упоминала в последние дни, что он кем-то увлечён. Скорей, наоборот, она постоянно твердила, что Клейн хочет вернуть Эву, потому что узнал, что теперь её ничего не связывает с Крисом.
И сейчас, стоя перед ней, он крутит в голове одну единственную мысль: «Я должен вернуть её любой ценой».
— Уйди с дороги, — бурчит девушка, пытаясь обойти его, но парень слишком настойчиво шагает из стороны в сторону, чтобы она никак не смогла пройти, — чего тебе?
Эва выглядит слишком мило, когда злится, и Тео знает об этом, но всё ещё хочет улыбаться во весь рот, потому что она так и не хотела вылезать из его бедной головы. Он всё ещё любит её.
— Я соскучился, Мун, — он так сладко тянет её имя, будто бы пробует буквы на вкус.
А Эва бы и рада растаять, да не может. Потому что все ещё любит мудака Кристофера Шистада, который бросил её. Да и бывший парень уже не вызывал у неё тех былых ощущений, которые когда-то она так любила.
Например, просыпаться в его огромной и слишком уютной постели, а потом не вылезать из неё ещё час, потому что «Эва, дай мне насладиться тобой утром». Клейну она всегда нравилась только что проснувшийся, сонной, но в то же время горячей как раскаленное железо.
Или вот ещё, целоваться у всех на виду, показывать свои чувства перед всеми, выяснять отношения и наслаждаться тем, как кучки зевак следят за этим, чтобы потом разнести по школе. И как-то раз они даже устроили целое шоу с руганью и отборными матами в адрес друг друга, а потом просто поцеловались и ушли в закат. Тео тогда долго не мог отбиться от толпы девчонок, потому что те подумали, что они расстались. Да и Эва без внимания не осталась.
О, и ещё кое-что: Эва чертовски сильно любила залечивать его раны после очередной драки. Как медсестричка, она возилась с бинтами и перекисью, чтобы не попала какая-нибудь зараза, пока Тео молча терпел, а потом всю ночь благодарил её, несмотря на разбитую губу и синяк под глазом.
Хотя нет, это точно не конец. Ещё она любила ездить с ним за город, где они проводили время вдвоём. Продукты так и остаются нетронутыми, а о фильмах и речи быть не могло. Эва и Тео наслаждались друг другом в постели, живя только на воде, а Клейн ещё и на сигаретах и жвачке. К слову, Эва скидывала не мало килограмм, когда они ездили туда часто.
— А я нет, — отрезала она, толкая его в грудь так, что Клейн спиной ударился о стену.
Но он не был бы собой, если бы не утянул Эву за собой. Нагло положил руки на её талию, притянул к себе так, что Мун охнула, потому что почти коснулась носом его груди. И глаза поднимать ей совсем не хочется, ведь тогда она может поддаться. А в её положении это кажется не таким плохим.
— Признайся, — его тихий шёпот выводит её из минутного раздумия, а губы вот-вот коснуться кожи за её ушком, — ты скучаешь по мне.
Эва решительно положила руки ему на грудь и оттолкнулась, совсем не желая продолжать этот бессмысленный разговор, от которого пользы ещё меньше. Клейн встало смотрит на неё, но в глазах все ещё виден блеск надежды.
— Между нами никогда и ничего не будет как прежде, — заявила она, гордо вскинула подбородок, — уясни это.
