Сначала, конечно, ничего не выходило. Они спотыкались, наступали друг другу на ноги, но в один прекрасный момент поймали ритм. Правда, двигаться получалось только в «воображаемом квадрате», но они танцевали в такт музыке – почти. Сердце переполняла радость – Аллегра и плакала, и ликовала одновременно.
Смеясь сквозь слезы, она подняла лицо, чтобы взглянуть на Макса.
– Мы вальсируем! – крикнула она.
– Готова к новому маневру? – Не дожидаясь ответа, Макс направился с ней в толпу. Так и не освоив по-настоящему повороты, они покинули надежный «квадрат» на свой страх и риск, но лицо Макса выражало такую решительность, что Аллегра бесстрашно последовала за ним, стараясь не отставать.
– Куда ты идешь?! – прокричала она ему в ухо.
– На террасу, – коротко ответил он, увлекая ее за собой.
Терраса? Аллегра подумала о холодном дожде, но шум мешал разговаривать, а Макса, казалось, от идеи не отговорить. Они снова потеряли ритм и постоянно натыкались на другие пары, но каким-то образом добрались до противоположной стороны зала. Макс сделал глубокий вдох и ловко вывел их через окно на террасу, которая выходила в сад отеля.
– Это труднее, чем я думал, – заметил он и отпустил Аллегру.
Снаружи воздух был влажным и холодным, но какая же блаженная тишина после шумного зала! Все еще до конца не веря в происходящее, Аллегра покачала головой:
– Макс, что ты здесь делаешь? Я думала, ты в Шофраре.
– Я был там, но сказал Бобу, что мне нужно вернуться в Лондон.
Аллегра выглядела обеспокоенной.
– Тебе не нравится работа?
– Работа отличная. Именно этим я и хотел всегда заниматься. Пустыня прекрасная. Если бы ты только могла ее увидеть, Легз. Какой там удивительный свет.
– Тогда почему ты вернулся в Лондон? – спросила она озадаченно.
Макс глубоко вздохнул.
– Потому что там нет тебя, – ответил он. – Дело в том… – Он репетировал эту речь, но теперь, когда момент настал, в голове ничего не осталось. – Просто я скучал по тебе, – закончил он.
– Но… как же Эмма? – Глаза Аллегры округлились. – Она сказала мне, что хочет попрощаться с тобой в аэропорту, – продолжила она. – Я думала, она собирается предложить тебе возобновить отношения.
– Так и было, – кивнул Макс, вспомнив, как долго он пытался понять, что говорит Эмма. Она выбрала неподходящий момент, если не сказать больше. Его голова была слишком занята Аллегрой – как она стояла на пороге дома, провожая взглядом его такси. – Она сказала, что хочет попробовать еще раз, что поняла – дружба более надежная основа для брака, чем страсть.
– Именно это ты и твердил все время.
– Да, и я верил в это, но мое мнение изменилось, – признался Макс. – Одной дружбы недостаточно, как и одной страсти. Нужно и то и другое. Я предложил Эмме остаться друзьями. Я знаю, что никогда не буду счастлив без тебя.
– Без меня… – недоверчиво повторила Аллегра, но в ее глазах засияла улыбка, и Макс взял ее за руки.
– Мне нравится быть с тобой, Легз. И не важно, чем мы занимаемся. Даже когда ты заставляла меня наряжаться, было весело. Мне не хватало наших разговоров и твоего смеха, я скучал по твоим придиркам к моей одежде. Господи, я даже начал закатывать манжеты! – воскликнул он, и Аллегра неуверенно засмеялась.
На ее ресницах дрожали слезы, и Макс сжал ее пальцы, только чтобы Аллегра не расплакалась.
– Я скучал по тебе больше, чем просто по другу. Хотел прикасаться к тебе, чувствовать тебя… Не мог перестать думать о той ночи. Такого я еще никогда не переживал, – честно признался он. – Как будто до этого все было репетицией, а с тобой вдруг стало по-настоящему. Раньше я не понимал, что это должно быть именно так. Не могу выразить. С тобой… – Он замолчал, увидев, как слезы катятся по ее щекам. – Не плачь, Легз, пожалуйста. Я просто хотел объяснить тебе, что чувствовал.
– Я плачу потому, что счастлива, – сказала она, тщетно пытаясь смахнуть слезы. – О, Макс, я испытывала то же самое.
Невидимые цепи, сковывавшие грудь Макса, разорвались, и он отпустил ее руки, чтобы обхватить ладонями ее лицо.
– Аллегра… – Он задыхался от волнения. – Я знаю, что старомодный, не умею танцевать и у меня нет вкуса, но я люблю тебя. Вот почему я вернулся. Я должен был сказать тебе это.
Невероятно, она по-прежнему улыбалась.
– Я тоже тебя люблю, – сказала Аллегра, обнимая его за талию. – Я так по тебе скучала.
Макс заулыбался и нежно приподнял ее подбородок большими пальцами.
– Ты меня любишь? – ошеломленно спросил он.
– Да. – Ее голос дрогнул. – О, Макс, я люблю тебя. – Аллегра прильнула к нему, а он поцеловал ее так, как мечтал много долгих одиноких ночей и мрачных дней.
Аллегра ответила долгим сладким поцелуем. Они не обращали внимания на изморось, быстро превращавшуюся в дождь, забыли про бал, про холод – забыли обо всем, кроме головокружительной радости оттого, что снова могут прикасаться друг к другу, чувствовать друг друга.
Нетерпеливая рука Макса уже начала задирать юбку Аллегры, когда холодные брызги дождя, попавшие за воротник, вернули его в реальность. Ворча на погоду, Макс увлек Аллегру под навес и прижался лбом к ее лбу.
