– Я передал королю пергамент, в котором Старший Кавалер рода Торбьерри сообщал врагам королевства тайные сведения о количестве воинов в пограничных гарнизонах. Государь разрешил ему оправдаться. Был назначен судебный поединок. Великий Орст не даст погибнуть невиновному. Биться нам предстояло насмерть. Я тяжело ранил противника, мои обвинения в его измене королю подтвердились. Виконт из рода Торбьерри знал, что не выживет. Чтобы позор, который он навлёк на себя, не распространялся на его род, согласился на публичную казнь. На площади при большом скоплении народа его лишили имени, наград, земель и замков, служители Ордена Орста отпели ещё живого.
– Кто присутствовал на казни?
– Жрецы и вассалы короля. Король за верность подарил мне Шатор – один из замков казнённого виконта. Между нашими родами началась вражда.
Виконт Ренельи помрачнел и надолго замолчал.
Флора смотрела на него и думала: «Интересная в этих краях система правосудия. Получается, если бы во время поединка погиб виконт Ренельи, оправдали бы того, кого он обвинил».
Аристократ поднял голову и хриплым голосом с отсутствующим выражением лица продолжил повествование.
– Вскоре началась война с королевством Руания, я уехал во главе большого отряда. Когда через два года вернулся, узнал, что… моя жена Мелисс и три малолетних сына убиты… Мой верный слуга Харгель спас старшего – Алангиза, отправив на обучение в Орден Теней под именем своего сына. Вскоре Харгеля и его сына убили. Теперь понимаешь, почему никто не должен знать, что Алангиз жив. Столько пролито крови ради его спасения! У меня только он…
– Не волнуйтесь! Я сохраню тайну, – Флора лишь теперь осознала, что попала в жестокий мир: – Вам трудно говорить, отложим беседу?
– Нет. Я отвечу на вопросы. Тебя удивляет, почему сын не носит оружия? На его кожаной головной повязке начертаны руны. Алангиз – воин Братства Теней. У нас говорят: «Хочешь умереть – встань на пути воина Тени».
– Почему?
– Годы обучения делают тело воина Тени оружием. Ещё вопросы?
– Много, но я сама найду ответы. Меня удивило, что вы довольно легко восприняли, что я из другого мира. Здесь много… пришельцев?
– Кого?
– Людей, которые… родились не здесь.
– Нет. Я никогда не встречал иномирян, но слышал легенды о людях, приходящих из другого мира, – задумчиво произнёс виконт Ренельи.
– Как к ним относились?
– По-разному, но всегда с недоверием и опаской. Если они несли смерть и зло, убивали. Советую, дитя мое, никому не говори, что иномирянка.
– Не буду. Может, нам расстаться?
– Наши судьбы переплелись. Ты знаешь нашу тайну, мы – твою. Ты дважды спасала нам жизнь. Ты наш друг. Добро пожаловать в наш Замок!
– Я с благодарностью принимаю приглашение. Идти мне некуда, побуду сеглером. Если почувствую, что мешаю, уйду.
Прошло несколько дней. Погода была тёплой, только прохладными вечерами чувствовалось наступление осени. Умке понравилось спать в карете, куда он забирался раньше Флоры и занимал, по его представлению, лучшее место: на полу. Харлугов не боялся, и те привыкли видеть рейтара, но когда Умка слишком близко подходил, фырканьем выражали недовольство.
Мужчины поразились её умению наладить жизнь в лесу. Она сплела из сухих веток навес, поймала в ручье с десяток рыбёшек и повесила сушиться, отыскала дупло и «договорилась» с пчёлами. Теперь у них был мёд, вкусная уха и целебный чай из ароматных травок.
– Можно подумать, что ты выросла в лесу, – сказал виконт Ренельи, уютно устроившись с кружкой наваристой ухи перед догорающим костром.
– Ты столько знаешь и умеешь! – уважительно добавил Алангиз.
– Я же травница. В лесу как дома.
– Я не о том. Впервые вижу девушку, с которой можно идти… в бой, – смущённо потупился воин.
– У нас есть схожая поговорка: пойду с ним в разведку.
– Ты принадлежишь к касте воинов?
– Нет. У родителей мирная профессия. Они… садовники.
– Расскажи о своём мире, – попросил Алангиз.
– У меня там остались мама, отец, бабушка…
– Ты попала сюда по своей воле?
– Нет. Гуляла по лесу, случайно наткнулась на пространственно-временной портал и оказалась здесь.
– Ты пыталась вернуться? Говорила с Магами?
– Нет.
Мужчины переглянулись.
– Почему? – спросил виконт Ренельи.
– Как много пройдено дорог, как много сделано ошибок!
– Трудно тебе?
Флора задумалась. Можно уйти от ответа, но когда-то надо рассказать. Сначала сбивчиво и отрывисто, а затем увлечённо говорила о семье, детстве, учебе. Умолчала лишь о приключениях в этом мире. Девушка заметила, что они многого не понимали, многому не верили.
Когда девушка замолчала, виконт Ренельи доверительно сказал:
– Ты рассказала о жизни в своём мире и ничего о том, что было здесь.
– От Вас ничего не скроешь, – вздохнула и медленно пошла к карете.
– Отец, я думаю, что Флору кто-то сильно обидел.
– Ты прав. Должно пройти время, чтобы она смогла поделиться горем.
«Вот не думала, что встречу здесь таких деликатных людей», – удивилась девушка, устраиваясь на ночлег.
Утром к ней подошёл Алангиз и протянул перевязь с тремя ножами.
– У тебя же нет оружия.
