— Да, вон лежит, — Липка кивнул на тоненькую брошюрку в несколько страниц, на обложке которой виднелась почти выцветшая картинка: высокий угловатый мужчина и золотоволосая красавица в алом платье на фоне ведского фиолетового флага с белыми пятнами. — Это перевод на сильфийский язык одной ведской песни, очень известной в первые десятилетия войны. Дескать, жили-были великий колдун Кейран и его возлюбленная Климэн, которая должна была стать новой обдой. Они объединили всех, кто сражался против Ордена, а потом героически погибли в одной из битв, и слава им за это вечная. Догадайся, Юрка, что меня зацепило в этой сказке?
— Имя знакомое, — мигом отметил юноша.
— Нет, это только в первый момент. Климэн, Климес, Климена — не такое уж редкое имя для Принамкского края. Подумай еще, ты же агент.
— Ну… та Климэн тоже была обдой.
— Не «тоже»! Юрка, в том дело, что не «тоже». Посуди сам: прежняя обда мертва, новая не родилась, и тут появляется какая-то Климэн, которая «не обда, но должна ею стать после победы». Что за странность? Обдами не становятся победители, ими рождаются и осознают себя, даже по примеру нынешней обды это видно. Словом, я стал искать сведения про Кейрана и Климэн. О Кейране в книгах тех лет сказано много: величайший колдун Принамкского края, советник прежней обды, участвовал в составлении законов о привилегиях колдунов, автор множества книг о теории естественных свойств… А о Климэн — ничего. Словно она возникла только чтобы попасть на страницы той легенды и опять сгинуть без следа.
— Но ты что-то нашел, — почти утвердительно сказал Юра. — Или это был бы не ты.
— Да, — согласился Липка. — Нашел. Я рассуждал так: если Кейран и Климэн были видными политическими фигурами того времени, то в сводках тайной канцелярии о них непременно должны были остаться какие-нибудь сведения. И вот, после некоторого времени поисков передо мной оказался отчет нашего древнего коллеги о событиях войны в Принамкском крае. Помимо прочего, там приводилась внушительная родословная сударя Кейрана а также говорилось о том, что его молодая жена Климэн — не кто иная, как чудом спасшаяся дочь последней обды!
— Тридцать четыре смерча, — вырвалось у Юргена.
Липка кивнул, соглашаясь.
— Но и это еще не все! Перед тем, как героически погибнуть, Климэн успела родить ребенка, сына. Мальчик вырос, тоже стал неплохим колдуном и ведским политическим деятелем, женился, завел детей. Какое-то время в сводках изредка всплывают имена разных людей под разными фамилиями, к которым добавляется приписка: род Кейрана и Климэн. Таким образом, потомки обды долгое время жили на ведской стороне, колдуя, торгуя и занимаясь политикой, но потом среди ведской аристократии начались разногласия, и представители рода Кейрана и Климэн были вынуждены уехать.
— Куда? — опешил Юра. — В Орден?
— Этого я уже не знаю, — развел руками Липка. — Логичнее предположить, что в горы, но там от ведской аристократии не спрячешься. Значит, либо в Орден, либо в такую глушь, о которой и крокозябры не слышали. Но теперь я бы поискал потомков последней обды где-нибудь в окружении нынешней. А если получится — то привез бы на Холмы и получше расспросил.
— О чем?
— Да хотя бы о том, почему у обды мог пропасть дар. Сейчас нам не хватает знаний, чтобы понять это.
— Ты думаешь, потомкам обды что-то известно?
— Наверняка, Юрка. Это же веды, а не орденцы. Они пекутся о своих знаниях, передают их из поколения в поколение. В том роду почти все колдуны потомственные, обласканные высшими силами. Когда поедешь к Климэн, постарайся поискать следы.
По кабинету зашелестел сквозняк — это открылась дверь, кого-то впуская.
Липка выглянул из-за стопки книг, и на его обычно бесстрастном лице отразились одновременно испуг, вина и странная, ни на что не похожая нежность. Юрген поднялся с пола и увидел на пороге Ринтанэ, закутанную в серебристый платок поверх летной куртки. Одной рукой девушка придерживала доску, а черед другую были перекинуты лямки увесистой сумки, из которой пахло чем-то вкусным и домашним.
— Здравствуй, Юра, — улыбнулась девушка. — А Костя здесь?
Юрген скосил глаза вниз, пытаясь понять, хочет ли дорогое начальство быть выдано собственной жене. Но Липка не стал делать ему знаков и мужественно поднялся сам.
— Здесь, — со вздохом ответил он. — Что случилось, Риша? Дома все в порядке?
— Тебя нет уже вторую неделю, — мягко напомнила Ринтанэ. — Дед сказал, тебя к рабочему месту сквозняком прибило. Ты наверняка мало спал все эти дни и ничего не ел. Поэтому я тебе нужна.
Не успели господа агенты оглянуться, как сильфида ловко перепорхнула через залежи книг и отодвинула пару стопок, освобождая подоконник, где тут же разложила свою сумку, из которой каким-то чудом появилась куча всевозможной снеди.
— Ты от меня так просто не отделаешься, Костя Лэй, — приговаривала Риша. — Я сдула с тебя смерть, я вышла за тебя замуж, и я не дам тебе зачахнуть на работе, в голоде и духоте!
