– Любит ваш «Мессенджер» устраивать сюрпризы, – прошептал ей на ухо Бойд, когда состоящее из двух сцен первое действие кончилось обнаружением трупа.
– Нам всем приходится быть постоянно настороже, – ответила Кэт, – и все равно он всегда застает нас врасплох, вот в чем его хитрость. Как Профессор?
– Умнейший пес, очень деликатный, спит в кресле. Я сказал ему, чтобы не прикасался к виски… А, Бигби… какая встреча…
Они вместе двинулись из зала к буфету, Джайлс и Бойд впереди, за ними Кэт и Астрид, чьи голубые глаза так и загорелись, когда ей представили Бойда.
– С ума сойти…
– Что? – рассеянно отозвалась Кэт, решившая взять именно этот тон.
– Почему мне никто не сказал, что писатели выглядят так сногсшибательно стильно? Как картинка из модного журнала!
«Сногсшибательно стильно!» Уж чего-чего, а этого Кэт о нем никогда бы не сказала. Хоть Астрид была искушена в последних тенденциях мира моды, в чем-то она так навсегда и осталась восторженной первокурсницей.
– Может быть, потому что им платят такие мизерные авансы.
– Это очень грустно, – согласилась Астрид, но Кэт показалось, что она прикидывает, как исправить это печальное обстоятельство. – Они все такого возраста?
– Он – да. Другие не обязательно.
– Слегка за сорок? Старше?
– Понятия не имею.
– Ладно, узнаю потом у Джайлса. Мне надо попудрить нос, побегу… разговори его пока, ладно?
Кэт стала протискиваться сквозь густую толпу в буфете к Джайлсу, который глубокомысленно разглагольствовал перед своим новым автором.
– Все это, конечно, очень забавно, но тиража не дает. Детективные романы не пользуются спросом… Мы заказали шампанское, выпьете с нами?
– С удовольствием, – сказал он серьезно. – Мисс Монт!
Джайлс пошел за ведерком со льдом, понимая, что поступает в общем-то по-свински, оставляя Кэт поддерживать разговор с этим каверзным типом. Ну да ладно, она не подкачает!
– Итак, мисс Монт, – повторил Бойд с улыбкой в глазах, глядя вместе с Кэт вслед Джайлсу, который растворился в толпе.
– Мистер Бойд, – произнесла она, показав своей улыбкой, что благодарна ему за официальное обращение к ней в присутствии других. Однако… как он догадался, что она ничего не рассказала Астрид об их сегодняшней встрече?
С минуту он просто смотрел на нее и улыбался, но при этом она не чувствовала ни малейшего смущения. Наоборот, ей страшно нравилось, как все складывается; видно, и ему тоже. Она улыбнулась в ответ. Они вдруг почувствовали себя участниками заговора, и это было так увлекательно!
– Ну и как, – сказал он, – вычислили, кто убийца?
– Пока нет… но, думаю, это должен быть человек, которого никому не придет в голову заподозрить. Стало быть, старушка, которая все время вяжет.
– Ага, – начал он с нежностью, – достаточно взрослая, чтобы… – и вдруг умолк.
Она увидела, что он смотрит поверх голов куда-то в сторону. Блестящая, оживленно беседующая публика расступалась, как волны Красного моря, пропуская Астрид, которая шла к ним, картинно извиваясь, точно манекенщица на подиуме. Бойд снова обратился к Кэт и договорил, понизив голос до заговорщического шепота:
– Достаточно взрослая, чтобы разгадать рецепт, но слишком еще юная, чтобы цинично им пользоваться.
– Вам ведь это нравится? – так же шепотом спросила она.
– Нравится. Бесконечно.
Белая роза стояла в изящной серебряной вазочке на письменном столе, рядом лежал небольшой черно-красный гроссбух, в котором еще несколько голубовато-серых страниц были исписаны летящим почерком его хозяйки. Чуть поодаль на этажерке, на страницах открытого и только что начатого романа лежала театральная программка. В дальнем углу комнаты, которая когда-то была игровой детской на Саут-сквер, с лакированного кресла свисало на зеленый ковер застывшими складками брошенное платье цвета дамасской розы.
В своей кровати, разметав по подушке волосы, спала Кэт; она дышала тихо, как ребенок, и ей снилось, что она вытаскивает из пропасти серого волка.
Когда в Робин-Хилл пришло письмо без обратного адреса со штемпелем Лондона на имя, которое Энн носила после замужества, она машинально вскрыла конверт и достала письмо. На бланке с адресом в верхнем правом углу она увидела напечатанный на машинке текст, первый параграф начинался словами: «Рад сообщить Вам…», а второй словом «Однако…», увидев это, она резко опустила свою чашку с кофе на блюдце.
– Не положила сахару. – Отец, тотчас извинившись, передал ей сахарницу.
Пенни подняла на нее глаза.
– Ты стала класть четыре ложки? Наконец-то свежий воздух оказал свое живительное действие!
– А… значит, я просто забыла размешать.
Какая Пенни находчивая! Будто чувствует так же, как она!