Кабил приехал в Центр 10, чтобы представить результаты проведенного изучения обстановки. В зале заседаний собралась небольшая группа: Исмаил, я, Кабил, Гамасси, Махи и Нассар.
«Мои солдаты и я готовы умереть, чтобы открыть дорогу Третьей армии, — сказал Кабил. — Но должен сказать, я не думаю, что нам это удастся сделать. А если наша дивизия будет уничтожена, дорога на Каир будет открыта».
Вмешался Исмаил: «Давайте изменим задачу: вместо того, чтобы открыть дорогу, доставим в Третью армию продовольствие и прочие припасы», — сказал он.
Эта задача показалась мне еще более невыполнимой, чем первоначальная, и я сразу же выступил против. Чтобы выжить, Третьей армии нужно по крайней мере 150 тонн припасов в день. Длинная колонна легкобронированных грузовиков для перевозки такого количества грузов окажется просто дополнительной обузой для экипажей танков 4-й дивизии, которые будут с боями пробивать им дорогу.
Но Исмаил настаивал на выдаче письменного распоряжения Кабилу на выполнение этой задачи. Теперь вошло в правило выдавать каждый достаточно важный приказ частям египетской армии в письменном виде за подписью Главнокомандующего и начальника Генштаба. Я сказал Исмаилу: «Можешь подписывать этот приказ, если хочешь. Я его не подпишу».
«Так чего же ты хочешь? — сердито сказал Исмаил. — Я тебя не понимаю. Ты действительно хочешь, чтобы Третья армия сдалась противнику?»
«Надеюсь никогда не оказаться в таком положении, — сказал я. — И все мы были бы готовы умереть ради этой армии, если бы это ее спасло. Но какой смысл уничтожать без толку единственные наши резервы? Я против этого. Это откроет дорогу противнику для беспрепятственного прохода в Каир».
Исмаил был в шоке: «Нельзя говорить такие вещи в присутствии командира 4-й дивизии» — сказал он.
«Сам Кабил только что сказал то же самое. — ответил я. — И командующий Третьей армией говорил то же самое на совещании Верховного совета Вооруженных сил. И здесь это написано». Я помахал докладом Кабила.
«Если ты не подпишешь, — сказал Исмаил, — я сообщу о твоем отказе президенту».
«Пожалуйста, — ответил я. — Я этот приказ не подпишу».
Чтобы сохранить свое достоинство, Исмаил изменил формулировку, внеся незначительные изменения в боевое задание, и сам подписал приказ. Мы все знали, что он блефует. Исмаил никогда бы не взял на себя такую ответственность. Позже приказ был втихую отменен.
23.00: передовые части Чрезвычайных сил ООН начали прибывать в Каир.
04.00: Исмаила вызвали к президенту.
06.00: пятьдесят служащих контингента Чрезвычайных сил ООН начали двигаться из Каира в Суэц.
06.00: Исмаил вернулся от президента, чтобы сообщить следующее:
— Садат получил послание от президента Никсона, в котором тот заверяет его, что будет найдено «почетное решение» проблемы Третьей армии.
— Все военные действия прекращаются сегодня в 13.00.
— В это время тыловая (невооруженная) колонна с припасами для Третьей армии сможет проехать по Суэцкому шоссе.
— В 15:00 на 101-м км дороги Каир-Суэц начнутся переговоры между Израилем и Египтом. Главой египетской делегации назначен генерал Гамасси.
Итак, карты были выложены на стол. Пришлось признать, что судьба Третьей армии находится в руках израильтян и американских дипломатов.
Израильтяне отказались пропустить контингент Чрезвычайных сил ООН в Суэц. Наша колонна из 100 грузовиков и 20 санитарных машин также была остановлена: командующий Чрезвычайными силами ООН генерал Энсио Сииласвуо сообщил нам, что у него нет указаний ее пропустить. И в 18:30 Гамасси вернулся в Центр 10: никто из израильтян не приехал на встречу с ним.
Телефонные линии между Каиром и Вашингтоном гудели. Каждый звонок приносил обещания, подробности новых договоренностей. Когда мы пытались следовать им, израильтяне у Суэца отрицали, что дали на них согласие, как утверждалось в Вашингтоне.
Например, встреча с Гамасси на 101-м км была перенесена на полночь. Никто из израильтян не приехал и во второй раз. Последовали другие отсрочки, пока, наконец, в 12.00 29 октября Гамасси не встретился с представителями противника. Тем временем израильтяне продолжали удерживать нашу колонну с припасами для Третьей армии, выдвигая одно возражение за другим: «Припасов слишком много… Мы пропустим только медицинские материалы… Мы не получили указаний от нашего руководства относительно пропуска продовольствия и воды… Египетские водители или сопровождающие лице не могут проехать дальше 101 км… Грузовики надо оставить здесь, чтобы дальше их вели водители из Чрезвычайных сил ООН…»
