— Как ты это делаешь? — спросила магесса, продолжая покачивать своим твёрдым таранчиком вверх-вниз, будто выполняла им физические упражнения.
— Что именно? — перевела на неё взгляд эльфийка и снова изогнула клитор зна́ком вопроса, наклонив его головку вперёд в мою сторону. Заворожённо глядя перед собой, я потянулся к этому артисту губами и взял в рот, будто рыбка, насаживающаяся на крючок. Однако гибкий штырёк неожиданно вырвался и звонко шлёпнул меня по губам, подобно тому, как женщина бьёт по рукам распоясавшегося мужчину. — Полегче, недотёпа, — прокомментировала она свои действия. — Когда я захочу в твой ротик, я сама в него войду. Облизывай меня пока снаружи и понежнее, я хочу по максимуму растянуть удовольствие. — А потом Марише: — Так что ты хотела узнать?
— Как ты столь сложно двигаешь клитором? У меня он хоть и подрос, но таких фокусов вытворять не может.
— Ах э-э-это, — весело протянула эльфийка, гибко изгибая штырёк и слегка оборачивая им мой язык, словно играясь. — Так же, наверно, как ты двигаешь пальцем.
Но это она явно гнала. Ни один палец не гнулся во все стороны и не сворачивался спиралью, изображая растянутую пружинку. Тут скорее подошло бы сравнение с хоботом слона или с щупальцем каким-нибудь.
— Да я даже пальцем таких выкрутасов творить не могу, — рассмеялась Мариша, озвучивая мои мысли. — Как ты научилась? Может, и у меня получится?
— Вот только не в моей заднице, — простонал я, с трудом сдерживая натиск с "чёрного входа".
Обе женщины рассмеялись моей реплике, после чего Мила поинтересовалась:
— Не пойму, чего ты так с ним церемонишься? Будь он моим парием, давно бы лишила его анальной девственности к своему и его, между прочим, удовольствию.
— Хи-хи, а я хочу подобрать код к замочку, не взламывая дверь, — промурлыкала Мариша. — И я уже очень близка к успеху. Правда, Димочкин? — добавила она, возобновляя мягкие скольжения головкой клитора по моей дырочке и вынуждая тихо застонать.
— О-о-о! Вот оно как, — хихикнула эльфийка. — Тогда поня-а-атно. — Она снова шлёпнула клитором меня по губам и потребовала: — да ласкай же ты меня, лентяй, не останавливайся!
Я собрал в кучу волю, которая так и норовила растечься счастливой лужицей под действием фантастических ощущений, идущих от моего зада, и возобновил облизывание клитора, стремясь переключить всё своё внимание на куннилингус. И это дало определённые результаты, позволив слегка отвлечься от того, что происходит у меня за спиной.
— Но ты так и не ответила на мой вопрос, — напомнила Мариша, возвращаясь к прежней теме разговора.
— Вопрос? Ах вопрос, — откликнулась Мила, слегка прижмуривая от удовольствия глаза. Её зелёное пламя продолжало разгораться, и уже близился тот момент, когда оно должно вспыхнуть пожаром и выплеснуться в меня. — Это просто особенность моей расы, — ответила эльфийка. — Даже маленьким клитором я могла по-разному шевелить, а когда он подрос, подвижность его ещё усилилась.
— Понятно. А я уж подумала, что тебе довелось синие листики опробовать и такой вот побочный эффект от них остался.
— Синие? — переспросила Мила, и сквозь поволоку удовольствия в её глазах проступило удивление. — Первый раз… слышу о тако-о-о… О-ох! [1]
Клитор её вдруг вонзился мне в рот, пальцы резко, до боли стиснули волосы на голове и притянули меня лицом к паху, насаживая ртом на неожиданно затвердевший штырёк. Попутно эльфийка судорожно стиснула ноги, скрестившиеся на моей шее, и затряслась, извиваясь в оргазме и рыча от наслаждения. Зелёное пламя вспыхнуло и хлестануло наружу, вливаясь в меня огненной рекой, и оно оказалось заряжено электричеством.
Мне, честно говоря, до сих пор не ясно до конца, настоящее это электричество, измеряемое в вольтах и амперах, или просто специфическая энергия эльфов, которая чувствуется подобно электрической. Впрочем, о подобии тут тоже сложно говорить, потому что эльфийские разряды скручивают тело от кайфа, а не от боли. Вот и сейчас вслед за зелёным напалмом по телу моему пронеслась волна вихревых токов, а кожа покрылась веточками голубоватых электрических разрядов. Сзади вскрикнула и прижалась Мариша. Ей, кажется, досталось не меньше моего, однако по сладострасным стонам и вздрагиваниям, а также через эмпатическую связь между нами я чувствовал, что она в восторге.
Сноски к главе:
[1] Синие листики у некоторых элитных париев появились совсем недавно, поэтому мало кто о них слышал. Ну а о том, с каким именно удовольствием они связаны, читатели узнают позже.
Примечание: В этой главе результаты алхимических реакций будут иметь далеко идущие… э-э-э… вернее глубоко входящие последствия. Не могу не предупредить читателей, что их ждут сцены инвертного гета.
