Теперь руки. Нда, их было четыре. Обе пары расположены в области плеч, одна под другой. Верхние более крепкие, в особенности для ребёнка, а нижние тонкие и хрупкие, как раз ребёнку под стать. Пальчики на второй паре рук длинные и изящные. Ладошки такие миленькие, что так и хочется их расцеловать. Верхние руки тоже по-девичьи довольно красивые. Но в них сразу чувствовалась натренированность и сила, как у спортсменки.
В общем, представшее передо мной создание было столь привлекательным, что я невольно залип на неё глазами. Сама девочка тоже смотрела на меня очень внимательно, обводя взглядом с ног до головы.
Чуть позже в прихожую вошли Мариша в своей любимой розовой блузке и короткой голубой юбке и ещё одна четырехрукая женщина, облачённая в бирюзовое платье и тоже без рукавов, как и у юной её соплеменницы. И вот она-то (воу!) была очень высокой. Ну точно больше двух метров ростом, гора-а-аздо больше. Ва-а-а! Два тридцать? Два сорок? Что-то в этом диапазоне. Сильная как амазонка, с большой выраженной грудью. Бёдра широкие, крепкие. Верхние руки столь же атлетичные, как у Тарны, а вот нижние заметно тоньше, как у Риты наверное, ну разве что подлиннее. Глаза большие серые, волосы каштановые средней длины, едва достающие плеч.
— О, Димчик, привет! — обрадовалась Мариша, увидев меня. — Знакомься. Это мои дорогие гости: ами Лимоника и её дочка Мика. Они — энесты. Не удивляйся, хе-хе, у них четыре руки. Очень редкая раса на Форсу, я потом тебе о них расскажу. Ну, а это Дима, — представила хозяйка меня, — прошу любить и жаловать, мой любимый парий и почти что муж.
Лимоника добродушно кивнула, весьма так плотоядно глянув на меня, и внимательно прошлась взглядом по шее, явно сосчитав листики. Мика слегка присела в лёгком реверансе и вежливо мне улыбнулась.
— Ну мы пойдём, Димчик, у нас дела, — сказала Мариша и направилась вправо от лестницы, в сторону своей лаборатории. Обе энесты последовали за ней, только Мика ещё раз внимательно посмотрела на меня, прежде чем устремилась за своей мамой.
«Мара», — позвал я мысленно духа, когда женщины ушли.
— Слушаю, — тут же откликнулась сёкая.
«Кто такие энесты? Первый раз слышу об этой расе».
— М-м-м, расе? — переспросила сёкая, словно я что-то неправильное сказал. — Хе-хе, ну что ж, можно сказать и так, они единственные в своём роде.
В тот момент я не понял этой оговорки и не стал её уточнять. А ведь жизнь моя могла бы сложиться несколько иначе, если б сёкая прояснила этот момент. Но не буду забегать вперёд. Тогда меня очень заинтриговала новая раса, я стал жадно расспрашивать Мару, что она о ней знает. Дух предложила пойти прогуляться по саду, подышать свежим воздухом. И пока мы гуляли, Мара поведала мне просто массу интересного. Узнал я, кстати, и предысторию Форсу, которая заставила меня по-новому взглянуть на сей мир и лучше понять, как он стал таким извращённым.
* * *
Появились энесты, а вернее одна энеста, на Форсу лет 200 назад, когда стартовала вся эта катавасия с энергией Богини и запретными удовольствиями. Мара уже рассказывала мне про возникновение пространственного разлома и к каким последствиям привёл этот катаклизм. Добавлю лишь, что выглядело это явление как космическое тело идеально сферической формы и тёмно-серого, стального цвета, которое стало спутником Форсу, но при этом фактически оставалось нематериальным, хоть и имело массу достаточно крупного планетоида.
Новый спутник оказался источником необычного магического поля, которое притягивало планету, постепенно сокращая с ней расстояние. Но по сути своей это был не космический объект, а именно пространственный разлом, и если бы сближение продолжилось, то через полсотни лет Форсу могло бы затянуть в иной мир, который с высокой вероятностью был непригодным для человеческого существования, да и вырванная из звёздной системы планета автоматически стала бы безжизненной. Это понимали все. Требовалось что-то срочно сделать, и одна из сильнейших магесс Форсу тех времён, Валенсия, объединив под своим руководством группу магесс (в неё входили только женщины, что уже подозрительно), занялась исследованиями разлома, чтобы найти способ спасения планеты.
Этой проблемой параллельно с Валенсией занимались и другие группы магов, не только она. При исследованиях использовали и духов-фамильяров, которые могут свободно и длительно находиться в безвоздушном пространстве, и магию врат, перемещая исследователей к планетоиду. Окружая себя силовым барьером и используя заклинание расщепления углекислого газа внутри кокона, маг-грандмастер (ну и магесса, соответственно, тоже) мог спокойно находиться в открытом космосе около часа или более, пока маны хватало.
