Четыре с лишним года исследователи пытали проблему, и попутно выяснилось, что излучение, идущее от разлома, каким-то образом делает бесплодными бо́льшую часть разумных рас на планете. За весь срок с возникновения разлома ни в одной стране не было зачато ни одного ребёнка. И это настраивало на самые мрачные мысли относительно будущего цивилизации. А пото́м Валенсия вдруг объявила магам-коллегам: «Баста, ребята, закругляйтесь, решение есть. Сейчас будем разлом сворачивать, кто не спрятался, мы не виноваты».
Призывы срочно собрать ассамблею и обсудить коллегиально найденное решение она отвергла. Мол, обсуждать нечего, я установила связь с Богиней. Она всё и сделает. И вот тогда, кстати, впервые и прозвучало имя той самой Илассы, которой сейчас в Валенсии все и поклоняются, но которая в те времена ещё не носила титул Верховной.
Богиня Богиней, но к разлому Валенсия отправилась самолично. Потом произошёл большой Ба-бах, сотрясение пространств и измерений, в процессе которого тут и там открывались случайные врата в иные миры. В конце концов, через пару часиков жуткая стихия прекратилась и планетоид благополучно исчез. Но вместо него на Форсу появились несколько различных попаданцев, оказавшихся здесь из других миров. Среди них был какой-то здоровый и страшный ящер-динозавр, который быстро помер из-за неподходящей для него атмосферы. Другим попаданцем оказался мужик из 18-го века нашей Земли, ну или очень похожей на нашу, который путешествовал на воздушном шаре и пропал в Бермудском треугольнике. Ему повезло гораздо больше, чем ящеру. Он приземлился на своём шаре в одном из тогдашних многочисленных королевств Логотвилле, был взят гвардейцами под стражу и доставлен к королевскому двору. Где и провёл благополучно лет сорок пять, пока не началась матриархальная заварушка. Но о ней чуть позже.
Энеста появилась в государстве, называвшемся в то время Каролиной. В какой-то степени удачно появилась, потому что была это та самая страна, в которой проживала магесса Валенсия и с которой началось потом развёртывание Империи. Подробности адаптации энесты в новом для неё мире, что с ней и как произошло, как язык выучила, как в социуме обжилась, Мара не знала. Известно было лишь то, что попаданку в конце концов принял и приютил магический орден, во главе которого стояла Валенсия. Звали энесту Вера́ния, но чаще всего она предпочитала представляться своим коротким именем Рани́. И только при каких-то особых ответственных знакомствах называла длинное.
Ну а тем временем в Каролине стали происходить интересные события. Примерно дней через пять после свёртывания зловещего разлома, в за́мке Валенсии открылся портал и из него вышла хозяйка до́ма собственной персоной, которую все считали уже погибшей. Ну сами понимаете: пять дней в космосе, ни слуху ни духу, планетоида нет, магессы тоже. Что могло с ней случиться? Летает где-то на орбите охладевший труп погибшей женщины. Ан нет, жива-здорова. Рассказывает, что пребывала в чертогах у могущественной Богини и получала её святое благословение. И что интересно, никто после возвращения магессы не мог прочитать её ауру. Она словно бы перестала магом быть, но при этом легко творила разные заклинания, причём как стихийной, так и клеринической школы.
Мара пояснила мне, что такой эффект маскировки возможен, когда сильный маг скрывает свои показатели от слабых. В этом случае его силу мог узнать только более сильный маг или хотя бы маг, способный пробиться сквозь "вуаль" и почувствовать наличие маны. Последнее было по силам магам на уровень ниже, чем у маскирующегося. Но ауру Валерии не смог почувствовать никто.
Ну а Великая магесса объявила себя посланницей Богини Илассы на Форсу и занялась формированием церкви её имени ради покровительства её и спасения человечества. И спасаться ведь было от чего. Очень скоро выяснилось, что хоть разлом и закрылся, но инородное поле его осталось и оно продолжало воздействовать на планету. Та словно бы пребывала в коконе неизвестной энергии, действие которой по-прежнему снижало фертильность людей и многих других рас на Форсу практически до нуля. В течение последующих трёх месяцев вплоть до постройки первого храма Илассы ни одна женщина так и не смогла понести, что было весьма тревожно для планетарной демографии.
Сноски к главе:
[1] Это фишка из первой книги. Одним из любимых развлечений Мары было съесть Диму, превращаясь в самых разнообразных хищных существ, которые не рвут жертву на части, а целиком проглатывают её и переваривают живьём. Поскольку поедание было иллюзорным, вреда парню никакого не наносилось, а Мара питалась его эмоциями и сексуальной энергией. У Димы имеется фетишь ворарефилии. Ему очень нравится чувствовать себя съеденным, а Мара обожает съедать. В этом они нашли друг друга, это и сделало их партнёрами при первом знакомстве.
