— Ни капельки. Я могу спокойно без особого напряга скрывать твой аддон неограниченное время на улице и в быту. Но во время запретных удовольствий косметическое заклинание развеется высокими потенциалами энергии блаженства. Тут уж ничего не поделаешь. И даже если бы косметика и сохранилась, пользовательница всё равно бы по ощущениям своим поняла, что у тебя есть этот аддон.
— Это ерунда! — небрежно махнул я рукой, расцветая в радостной улыбке. — Главное, чтобы никто посторонний не видел и не знал об аддоне, в особенности мужчины.
— А вот это без проблем.
— Марочка! Ты — золотко! Спасибо тебе большое!
— Хи-хи, одним спасибо сыт не будешь.
— Хорошо, чем я могу тебе отплатить?
— Ты сам знаешь.
— Ва-а-а! Проглотка! Ешь меня, я с радостью стану твоей пищей!
— М-м-мр-р-р! — плотоядно проурчала сёкая и, выплеснувшись из моего кольца на пол, проросла большим хищным растением, которое выпустило из себя пучок гибких щупалец, жадно опутало меня ими с ног до головы, заворачивая в тугой кокон, и тут же принялось обильно выделять пищеварительный сок, стремительно растворяющий мою одежду.
В общем, в тот день меня съели на один раз больше. Это и стало моей платой за активацию услуги. Ну а стоимость нового тарифа осталась прежней. Так или иначе, а эта веха моей жизни минула благополучно. А ещё через несколько недель, как раз спустя пять с хвостиком месяцев моей разлуки с Микой, в нашем доме вновь появились старые знакомые гости.
— Ами Лимоника с дочерью, — объявила Аларна, заглядывая в Маришину комнату.
— Ох! Наконец-то! — обрадовалась моя жена и устремилась в парадную. — Как же я давно их не видела!
Ну и я, естественно, бросился за ней следом. Вспомнив о миленькой юной неолетаночке, я испытал всплеск радостного ожидания. Успел я всё-таки соскучиться по ней и очень остро ощутил желание увидеть Мику после долгой разлуки.
Встреча наша прошла очень романтично и трогательно. Пока я напряжённо думал, что энесте сказать, она просто приникла ко мне и обняла, утыкаясь носиком мне в шею и сладко вдыхая мой запах.
— Соскучилась, соскучилась, — шептала Мика и тихонько всхлипывала.
— Я тоже очень соскучился, — шепнул я в ответ, чувствуя безмерную радость, и, обняв эми, поцеловал её в щёку. — Но почему? Почему ты не пришла раньше?
— Не могла, — грустно ответила эми. — Нельзя было приходить.
— Почему?
— Потому что нельзя было, — повторила Мика, и я понял, что большего мне от неё не добиться.
Ох, сколько же приятных и щемящих душу эмоций меня тогда разожгло. Ну а потом мы прямо как пять месяцев назад сели обедать, и юная неолетанка вновь очарованно глазела на меня, вызывая ощущение дежавю. После трапезы Лимоника и Мариша уединились в кабинете моей жены, а мы с Микой остались наедине. Я очень хотел свести энесту и пикси, чтобы они официально при мне заключили мировую. Однако Тинка куда-то запропастилась и не отзывалась на мои призывы.
— Чёрт, да куда она делась?! — возмутился я.
— Может, не надо пока? — попросила Мика. — Если она не хочет, то не сто́ит звать.
На шее у неолетанки, как и в прошлый раз, висел кристалл поглотителя, прозрачный и светлый, как слеза. Я обратил на него внимание и поинтересовался:
— Ну и как твои тренировки проходят? Успешно?
— Немножко освоилась, — робко улыбнулась неолетаночка. — Кое-что получается. Но ещё недостаточно хорошо. Умения эти даются тяжело, мне пока времени не хватило их освоить. Мама опасалась, что я… могу неожиданно повзрослеть. Срок почти настал. И без мужчины мне станет нельзя… Поэтому мы и вернулись. Думаю… я поживу какое-то время у себя дома… вот… Пока это не случится. Мама нашла уже пария для меня, чтобы…
— Я хочу стать тем, кто тебе поможет, — перебил я неолетанку. — Можешь пожить в нашем доме. Я буду очень рад.
— Но я… боюсь… — тихо, почти шёпотом сказала Мика. — Очень боюсь сделать тебе больно.
— А, ерунда, — отмахнулся я небрежно. — Есть способ, как боли избежать, и я его уже освоил.
— Не шутишь? — заволновалась энеста, и печать надежды проявилась на её лице.
— Так-так, интересненько, — вмешалась в наш разговор ами Лимоника, появляясь у меня откуда-то из-за спины. — И что это за способ такой?
— А… ну… — начал я заикаться от неожиданности, — яа-азыком… такой способ есть… с языком.
— Языком? — переспросила ами, заметно оживляясь, а потом предупредила: — Мика не прошла ещё благословения Илассы. Энесты принимают дар Богини после рождения Мевы. Так что запретные удовольствия ей не помогут.
— А это можно и без запретных удовольствий сделать, — заверил я, а потом высунул изо рта свой язык на максимально большое расстояние, свернул его трубочкой и сам поразился, когда коснулся им кончика своего носа. Я и не думал, что он стал у меня таким длинным.
— Вау! — воскликнула Мони и рассмеялась. — Как интересно! Покажешь на мне свой способ? А Мика посмотрит.
— Мама, я боюсь, что у меня…
— Не бойся, я же рядом. Ну и пото́м если Дима преуспел в своих тренировках, как он говорит, то всё пройдёт отлично.
— О чём речь? — спросила Мариша, тоже появляясь в трапезной. Она как-то странно глянула вверх и в сторону, а потом снова перевела на нас взгляд.
