Лимоника выпрямилась и широким шагом вышла из комнаты, сверкнув напоследок своей большой круглой попой. А Мариша, изобразив мнимую ревность на лице, шутливо потрясла кулаком возле моего носа.
— Ты чего завис? — весело возмутилась она. — Раздевайся, оболтус! Давай, мигом!
Поставив мне лёгкий щелбан в лоб, она подмигнула и покинула раздевалку вслед за неолетанкой. Упс! Точно. Я ведь даже ни одной пуговицы на рубашке своей не расстегнул.
Поспешно избавившись от верхней одежды, я взялся за резинку трусов и тут увидел, что теперь уже́ Мика заворожённо на меня смотрит.
— Э-э-э… я… снаружи разденусь, — смущённо сказал я и только было дёрнулся к выходу, как эми окликнула меня:
— Стой! — я замер. — Подойди. — Ох, пришлось подойти.
Мика бесцеремонно взялась верхними своими руками за резинку моих трусов и стала их с меня стаскивать, снимая покровы с нахального солдата, гордо торчащего вверх и вперёд. Юная энеста с больши́м интересом изучила мужское орудие и пощупала его ствол тонкими гибкими пальчиками нижних рук, оценивая твёрдость и форму. А я готов был сквозь пол провалиться от переполняющих меня чувств неловкости и стыда. Но ничего не мог поделать. Парии — народ совершенно бесправный.
— Спасибо, — с улыбкой сказала она, когда насмотрелась. — Можешь идти.
Неолетанка, кстати, тоже, как и я раньше, оставалась одетой, и я хотел было иронично отметить сей факт, но передумал и просто вышел из раздевалки. Посмотреть, как она обнажается, я был совсем непрочь, но оставаться всё это время голым под её зачарованным взглядом, мне было очень неловко.
Итак, я вышел наружу и направился к водоёму. Обе дамы уже́ сидели по шею в воде, от которой шёл горячий пар, и блаженно улыбались. Стоило мне забраться в озеро, как супруга заграбастала меня, притянула, разворачивая к себе спиной, и прижала, обняв одной рукой за грудь, а другой — за живот. Ладошки её растопырили пальчики, и она стала меня ощупывать, то подушечками поглаживая, то царапая ноготками.
— Хорошо-о-о, — сладко протянула энеста, поглядывая на нас с улыбкой как ни в чём не бывало. — Эх, мне бы тоже источниками хотелось обзавестись, но услуги мастера стихий стоят дороговато.
— Да, это роскошь, — подтвердила Мариша, продолжая увлечённо меня лапать. — Ещё и загородный дом требуется: в городе не разрешат магические действия с сейсмической активностью.
— А я недавно обзавелась, — похвасталась Мони. — Правда, участок не такой большой, как ваш, но условиям отвечает.
— Так это же здорово, — улыбнулась моя жена. — Осталось только опытного мага найти.
«А она будто не опытная, — удивлённо подумал я. — И чего она дурочку строит из себя? Ясно ведь, что энеста напрашивается на услугу».
— Хи-хи, а ей неохота за бесплатно горбатиться, — рассмеялась сёкая в моей голове. — Хороший элитный источник грандмастерского уровня квалификации — это тот ещё геморрой. Много маны, сил и времени отнимает.
«Вот как».
Лимоника посмотрела на мою супругу выжидательно, не нашла должный отклик в её глазах и промолчала, решив, видимо, не развивать начатую тему.
В этот момент из раздевалки вышла Мика и неспешной походкой подошла к водоёму. Была она собственно голенькой как и все мы, только бёдра её прикрывало тонкое белое полотенце слегка развивающееся на ветру. Нижними своими руками эми его придерживала, а верхние держала свободно.
На пути к нам Мика, казалось бы, даже замедлилась слегка, как только уловила мой взгляд, и в воду залезать не спешила. Она коротко глянула на меня, хитро сверкнув глазами, и сладко потянулась, поднимая верхние руки над головой и принимая изящную эротическую позу. Энеста словно лучики солнца ловила своей кожей и наслаждалась этим.
Закончив первую часть своего выступления, Мика отпустила полотенце, и то упало вниз, полностью открывая её наготу. А пото́м энеста встала прямо надо мной и даже слегка раздвинула ноги, позволяя себя хорошенечко рассмотреть.
Ещё год назад я бы стыдливо отвернулся. Но за время, проведённое в имении, с помощью эмпатических подсказок Мары я довольно быстро понял, что женщины вполне спокойно, как само собой разумеющееся воспринимают мои прямые взгляды. Ну, точно так же, как если бы они не были обнажены. А вот если я начинал мяться и прятать глаза, они почти сразу это замечали и спрашивали: в чём дело или что с ними не так?
