Придумывать что-то невинное и юлить в этом случае совершенно не стоило. Мара сразу же посоветовала мне сказать правду, и я потом не пожалел, что её послушался. Ни одна женщина не отреагировала негативно на моё признание, что я балдею от обнаженных женских тел и очень смущаюсь от этого. Меня либо начинали дразнить, веселясь от моей реакции, либо воспитывать и тренировать, принимая откровенные позы и требуя, чтобы я смотрел, либо просто посмеивались и продолжали вести себя как и прежде. Им моё смущение женской наготой казалось забавным и миленьким. А если я залипал на откровенное зрелище и на лице моём отпечатывалась сексуальная увлечённость, женщинам становилось лестно моё внимание и большинство из них возбуждалось от таких моих взглядов. Так что я давно уже отработал привычку: глазеть не смущаясь сколько влезет и не скрывать своих чувств. Такая линия поведения, чреватая неприятностями в мире Земли, здесь приводила к тому, что на меня очень быстро набрасывались с самыми распутными намерениями.
Судя по эмпатическим сигналам, идущим от Мики, её эмоции не касались сексуальной сферы, но она испытывала лёгкое волнение и озабоченность, что может оставить к себе равнодушной или, что ещё хуже, не понравиться мне. О-о-ох! Ну как я мог её разочаровать? Я просто не мог не смотреть на неё и не любоваться созревающей девичьей фигуркой, разогнав пинками из головы все психологические загоны, касающиеся своей "педофильности".
Впрочем, мои внутренние блюстители морали довольно быстро сами заткнулись, отметив, что Мика заметно округлилась и значительно прибавила в женской привлекательности за то время, пока я её не видел. Ну или же она и раньше такой была, просто одежда это скрывала. Грудка у энесты была небольшой, с по-девичьи заострёнными формами. Но между ног уже́ имелось некоторое количество жиденькой растительности с рыжеватым отливом, и это дало мне ещё один позитивный довод: волосы растут, значит не маленькая… и даже почти взрослая уже.
Ох, блин, если бы ещё не общая невинность и не чистота её помыслов, которые ловили все органы моих чувств, в том числе и эмпатические, я бы вообще не испытывал неловкости. Соблазняя меня, эми совсем не думала о сексе, она словно проверяла свою способность меня соблазнять. И лишь настроившись на эстетическое восприятие юной красоты, я сразу привёл все свои морально-этические дроби к общему знаменателю и добился душевного комфорта.
— Залезай в воду, — с улыбкой предложила Мариша юной неолетанке. — Она горяченькая и очень приятная.
— Успею, — ответила та и повернулась ко мне попкой, изящно прогнувшись в талии и приподняв ягодицы вверх.
Твою ж мать! Почувствовав, что у меня начинается эрекция, я, кажется, покраснел. Но ещё больше смутили меня слова супруги, которая, нащупав под водой Диму-младшего, пробуждающегося ото сна, сдала меня со всеми потрохами.
— Эй, да у него встал! Хи-хи, всё, уже́ можешь заканчивать свою проверку. Определённо ты ему нравишься. И даже очень нравишься во всех смыслах.
Мне тут же захотелось утопиться со стыда, и я хотел было поспешно оправдаться. Но, ощутив всплеск радостного удовлетворения, исходящего от Мики, вовремя прикусил язык. Эми буквально просияла от удовольствия, а следовательно, ох, не стоило мне ничего говорить. Аккуратно, без брызг она залезла в воду и тут же приблизилась к нам с Маришей, обнимая меня спереди и завершая приготовление своеобразного сэндвича из тел.
Читай на Книгоед.нет
— А-а-а! Я сейчас помру! — простонал я. — Мика, это очень смущает.
— Почему? — спросила она невинно, и в её голосе не было ни капельки флирта, только любопытство.
— Потому что Мева в тебе ещё спит, но ты будишь Меву мужчины, — ответила за меня её мама. — А вот в ком Мева пробудилась и уже бушует вовсю, так это во мне. Поэтому давайте скорее приступим к делу, пока терпение моё не лопнуло.
Она поднялась из воды, дотянулась рукой до резинового коврика, приготовленного заранее, пододвинула его к краю обрывистого берега и уселась поудобнее, разведя ноги в стороны и недвусмысленными взглядами давая мне понять, кто между ногами её должен находиться.
— Да, точно, — согласилась Мариша, отпуская меня. — Пусть Дима покажет свои навыки укрощения неолетанской Мевы, а мы с тобой посмотрим, Мика. Это должно быть очень интересно и поучительно. Как ты к этому относишься? Согласна?
Юная энеста сохраняла объятия ещё несколько секунд и даже вроде бы покрепче стиснула меня, но затем медленно кивнула и неохотно разжала свой захват. Пото́м она сама подвела меня за руку к своей маме, поставила напротив неё и уселась на дно водоёма, справа от неё, погружаясь в воду до самой шеи и приготавливаясь смотреть. Мариша заняла зрительскую позицию слева и с улыбкой кивнула мне, мол, начинай, зрители готовы.
