Койнвуд-холл и шесть тысяч четыреста пятьдесят акров Койнвуд-парка, со конюшнями, скотом и арендными владениями.
Керамическая мануфактура Койнвудов в графстве Стаффордшир и все доходы, от нее получаемые.
Прочие мои имения в Корнуолле, Суффолке и Ирландии. Мои дома и прочая собственность в Лондоне, Бристоле, Бате, Халле, Дублине и Эдинбурге.
Настоящим я назначаю своим душеприказчиком мистера Ричарда Люси, солиситора, что по адресу: Маркет-стрит, 39, Лонборо, и облекаю его полной властью управлять моими делами от имени моего сына Джейкоба до достижения им двадцатипятилетнего возраста.
Подписано сего дня, 20 ноября 1775 года.
Генри Койнвуд.
В присутствии свидетелей:
Р. Люси.
А. Дэй.
***
Койнвуд-холл,
20 ноября 1775 года
Мистеру Джейкобу Флетчеру.
Сын мой,
Если мои планы были исполнены, тебе сейчас должно быть двадцать пять лет, а я, должно быть, мертв.
Теперь ты один из богатейших людей в Англии, и пусть это пойдет тебе на пользу. По своему горькому опыту я знаю, что богатство не делает человека счастливым. Но оно делает его хозяином самому себе и дает ему право выбора. Что до этого выбора, я не стану давать тебе советов, ибо посмотри, в какие руины я все превратил. Все, что я когда-либо умел или хотел делать, — это зарабатывать деньги торговлей. Надеюсь, ты сможешь извлечь из моих денег какую-то пользу и простишь меня за то, что ты вырос сиротой.
Я не могу знать, какой ты человек и что ты знаешь обо мне. Я видел тебя лишь однажды, младенцем, и вечной моей скорбью будет то, что я не знал тебя, год за годом, пока ты рос. Но я должен был отослать тебя ради твоей же безопасности, ибо ты родился в настоящем семействе негодяев.
Что до них, у тебя есть два сводных брата, Александр и Виктор, — отборная парочка змей, в чье родство со мной мне не верится. Оба меня презирают. Один — потому что он офицер и считает себя джентльменом, а другой — потому что он гнусный извращенец и считает себя дамой! Молю Бога, чтобы я был рогоносцем и какой-нибудь злодей нагулял их мне.
Держись спиной к стене и кулаки наготове, когда встретишь их. Они избавятся от тебя, если смогут. Александр — уж точно.
