Аутпост еле-еле соответствует названным мною параметрам. Суррогатный вариант. Содержание кислорода на уровне моря настолько скудно, что ходить по поверхности нужно медленно, как высоко в горах. Планета настолько удалена от своей звезды, что на ней лишь два вида погоды – холод и мороз. Орбита скорее круглая, чем эллипсообразная, а ось практически не наклонена, так что отправляться на юг в поисках лета не имеет смысла, зима найдет вас повсюду. Это «с очевидностью» следует из законов Кеплера о радиусах-векторах и описываемых ими равных площадях. (Я выписала это по большей части из ежедневной корабельной газеты «Дэйли форвард».) Словом, когда раздавались призы и награды, Аутпост стоял в прихожей.
И все же мне ужасно хотелось побывать там. Почему? Да потому, что я никогда раньше не летала дальше Луны, а Луна – это почти дом родной. Аутпост расположен на расстоянии в сорок с небольшим световых лет от Земли. Знаете, сколько это километров? (Я тоже.) Вот сколько:
300 000 × 40,7 × 31 557 600 = 385 318 296 000 000 км
Округлим: четыреста тысяч миллиардов километров.
График движения корабля требовал, чтобы мы вышли на стационарную орбиту (орбитальный период 22,1 часа – такова продолжительность суток на Аутпосте) в 2:47, а посадочный бот с правого борта стартует очень рано утром (рано – по корабельному времени) – ровно в 3:00. Немногие записались на эту поездку – а все потому, что пассажирам не разрешалось выходить на поверхность, да и время ночной вахты было не слишком популярно у большинства наших лежебок-пассажиров.
Но я не собиралась проспать Армагеддон. Я улизнула с веселой вечеринки и легла в постель в 22:00, чтобы урвать хоть несколько часов сна перед полетом. Я вскочила в два, нырнула в ванную, захлопнув за собой дверь. Если я забываю запереться, Шизуко следует за мной как тень – это я усвоила в свой первый день на корабле. Когда я проснулась, она уже была на ногах и одевалась.
Едва я захлопнула за собой дверь, как меня тут же вырвало. Это меня удивило. Я не застрахована от морской болезни, но эту поездку она меня не беспокоила. В поездках по «Бобовому стеблю» мой желудок выворачивает наизнанку – и это тянется бесконечные часы, но на «Форварде» я ощутила всего один позыв, когда мы ушли в гиперпространство, и еще что-то подобное прошлым вечером, когда мы входили в обычное пространство, но с мостика нас заблаговременно предупредили об этом.
Что же, искусственная гравитация на корабле стала неустойчивой? Трудно сказать… У меня слегка кружилась голова, но вполне возможно, что это – после рвоты. Черт, меня вывернуло так, словно я и впрямь очутилась в капсуле «Стебля».
Я прополоскала рот, почистила зубы, снова прополоскала рот и сказала себе: «Это – твой завтрак. Фрайди, ты же не позволишь, чтобы из-за непредвиденного „бобового“ приступа в животе ты упустила шанс поглядеть на Аутпост? Ты и так уже набрала два лишних килограмма. Настало время сесть на диету». Прочитав эту лекцию собственному желудку и призвав его к порядку, я вышла, позволила Тилли-Шизуко помочь мне облачиться в толстый спортивный костюм и пошла к шлюзовой камере правого борта. Шизуко шла следом с двумя теплыми куртками для нас. С самого начала я решила обращаться с Шизуко по-дружески, но потом, догадавшись о ее роли при мне, а в конце концов и получив подтверждение от Мака-Пита, изменила свое решение. Это, безусловно, было мелочно с моей стороны, но невозможно относиться к шпику так же дружески, как к слуге. Нет, я не стала обращаться с ней грубо. Просто перестала ее замечать. Ну а в это утро я вообще не была настроена на светские беседы.
Мистер Ву, помощник главного стюарда, отвечавший за экскурсии, стоял у шлюза с папкой в руках.
– Мисс Фрайди, – сказал он, – вашей фамилии нет в моем списке.
– Разумеется, я записывалась. Так что или впишите меня в ваш список, или обратитесь к капитану.
– К сожалению, я не могу этого сделать.
– Вот как? Тогда я устрою сидячую забастовку прямо посреди шлюза. Мне это не нравится, мистер Вy. Если вы пытаетесь сказать, что меня не должно быть здесь из-за какой-то канцелярской ошибки, мне это нравится еще меньше.
– Мм… Полагаю, это действительно какая-то канцелярская ошибка. У нас мало времени, так что вам лучше пройти внутрь, вас проводят к вашему месту, а я улажу все формальности, когда закончу с остальными.
Он не возражал, когда Шизуко последовала за мной. Мы прошли по длинному коридору – даже посадочные боты на «Форварде» впечатляли размерами, – следуя указателям с надписями: «На мостик», и очутились в довольно большом помещении, немного похожем на внутренности пассажирского гравилета: впереди – сдвоенная приборная панель, места для пассажиров сзади, огромное ветровое стекло. Впервые с тех пор, как мы покинули Землю, я видела «солнечный» свет.
