Примечательно, что в Астане очень быстро появился этнографический парк под открытым небом «Карта Казахстана-Атамекен», в котором в виде уменьшенных копий воспроизведены главные рукотворные и природные достопримечательности Казахстана. Вообще, городские парки миниатюр, представляющие собой фрактальную копию страны, довольно распространенный феномен Новейшего времени; они существуют в Нидерландах («Madurodam», Гаага), во Франции («La France en Miniature», Эланкур), в Италии («Italia in miniatura», Римини), в Швейцарии («Swiss Miniature», Мелиде), в Израиле («Mini-Israel», Латрун), в Турции («Miniaturk», Стамбул) и даже в Украине («Крым в Миниатюре», Алушта, 2012 г.).
А вот в испанской Барселоне, которая в 1929 году стала «столицей» Всемирной Выставки, была построена «Испанская деревня» (совместный проект архитекторов Фолгера и Ревентоса и художников Уртильо и Ногеса, 1929 г.). Poble Espanyol – настоящий городок, состоящий из самых репрезентативных архитектурных сооружений разных регионов Испании в натуральную величину. На участке в 42 000 кв. м, окруженном крепостными стенами города Авила, расположены 117 копий зданий, улиц и площадей из разных испанских городов, в том числе башня Утебо (Арагон) и дома из Аркос де ла Фронтера (Андалусия). На первых этажах большинства зданий размещаются маленькие мастерские, в которых изготавливаются и продаются изделия традиционных испанских ремесел (например, толедская серебряная чеканка золотой нитью), и кафе, где можно попробовать еду разных испанских провинций. Таким образом, архитектурный парк «Побле Эспаньол» представляет собой одновременно пространственный геометрический фрактал Испании и концептуальный мультифрактал традиционной испанской культуры.
Перенос столицы в другой город или основание новой столицы как декларация нового пути развития государства (в т. ч. его независимости) с точки зрения синергетики являются переходом социокультурной системы через точку бифуркации, в которой происходит эволюционный или революционный выбор из нескольких альтернативных проектов будущего. Этот выбор задает ограниченный спектр будущего развития, который определяется, в первую очередь, новыми или измененными параметрами порядка. В переходные периоды поиск новых параметров порядка может вестись как внутри данной культуры, так и других, внешних (исторически и геополитически) культур. В последнем случае предполагается не просто заимствование, но встраивание в существующую структуру и даже, возможно, взаимная адаптация принимаемых параметров порядка и самой социокультурной системы.
Вообще процесс переноса столицы можно рассматривать как изменение начальных условий для сложной нелинейной социокультурной системы (государство + экономика + культура), которое имеет целью повернуть развитие системы в другом направлении, т. е. выйти из пространства притяжения прежних «траекторий» развития и сформировать новый социокультурный аттрактор.
В качестве своего рода «исходного субстрата для сборки нарождающегося аттрактора»[107] служат параметры порядка. Парадоксальным образом, эти параметры порядка для модернизирующегося общества и даже государства, которое обрело политическую и/или экономическую независимость, чаще всего не являются абсолютно новыми, а скорее выбираются из латентно присутствующих в семиосфере культуры исторических идеологем, образов, социокультурных паттернов и артефактов. Другая стратегия построения нового аттрактора может быть связана с попыткой воспроизвести существующие аттракторы иных государственно-политических и социокультурных систем. Однако такой вариант может быть успешным лишь в случае, если фундаментальные константы культуры-донора и культуры-рецепиента совпадают, тогда как актуализация инокультурных параметров порядка, несовместимых с управляющими параметрами мега-уровня принимающей культуры, приводит к образованию ложного аттрактора и втягиванию государства и общества в затяжной режим «переходности». Иными словами, «при всем многообразии решений, аттрактор формируется только с учетом параметров порядка культуры, интегрирующих субъектов и восстанавливающих сложность социокультурной матрицы, систему их взаимодействия в пространстве культуры»[108].
