Когда она снова позвонила Юхану и вновь не получила ответа, ее охватила тревога куда более серьезная, чем та, которую она испытывала по поводу их возможного родства. Что с ним могло случиться? Она нашла номер мотеля и набрала его. Часы показывали почти два. Ответа она не ожидала и была удивлена, услышав голос Эрика. Когда она пояснила, почему звонит, Эрик пообещал подняться и проверить в номере. Чарли слышала, как он отвечает кому-то, что бар закрыт, что — нет, больше пива заказать нельзя. И затем, более строгим тоном:
— Забирай своих дружков и иди домой, Свенка.
Потом она услышала в трубке сопение Эрика и поняла, что он поднимается по лестнице. Вскоре она услышала, как он стучит в дверь.
— Его тут нет, — сказал Эрик через некоторое время. — Или же он очень крепко спит.
— Ты можешь открыть дверь? — спросила Чарли.
— У меня нет привычки открывать дверь в номера постояльцев, особенно среди ночи, — ответил Эрик. — Это очень важно?
— Я боюсь, что с ним что-то случилось, — пробормотала Чарли. — Весь вечер не могу с ним связаться, а из гостиницы он не выезжал. Я знаю, что он собирался на праздник урожая, и…
— Стало быть, ты хочешь, чтобы я вошел?
— Да, — ответила Чарли. — Хорошо бы ты это сделал.
— Я должен принести главный ключ.
Сердце у Чарли забилось быстрее. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она услышала, как Эрик открывает дверь.
— Он там? — спросила она, поскольку Эрик молчал.
— Нет, здесь никого нет.
— А его вещи? — спросила Чарли. — Вещи на месте?
— Да, — ответил Эрик. — Все на месте.
Чарли не знала, что делать. Заявить о пропаже взрослого мужчины, который не выходил на связь двенадцать часов, она не могла. Да и кому заявлять? Она могла сесть в машину и отправиться на поиски, но она выпила. Пытаясь успокоиться, она принялась искать естественные объяснения, но ни одно из них ее не удовлетворяло. Может, он все же уехал в Стокгольм? Но тогда почему все его вещи остались в номере? Очень торопился? Но не настолько же. Она снова открыла сообщение Юхана.
Что такое он нашел?
«Ни за что на свете не засну», — подумала она, глядя в потолок. Но уже минуту спустя забылась тяжелым тревожным сном.
Сюзанна появилась на рассвете. Волосы ее были всклокочены, макияж размазался.
— Ты не спишь? — спросила она, уставившись на Чарли, которая сидела за кухонным столом перед включенным компьютером.
— Не могу дозвониться до Юхана.
— С какого момента?
— Со вчерашнего дня. Он не отвечает на телефон, не выехал из гостиницы, но и в номере его тоже нет. Во всяком случае, вчера его там не было.
— Может быть, он там сейчас?
— Может быть, — ответила Чарли. — Я жду, пока протрезвею, чтобы поехать и проверить. Сейчас там никто не отвечает на телефон.
— Наверное, ничего страшного… — проговорила Сюзанна. — Это еще не значит…
Сюзанна не договорила. По ее глазам Чарли увидела: подруга понимает, что это может значить все что угодно.
— Кстати, я знаю, где твоя картина, — сказала Чарли.
— Что?
— Ее взяла Нора Роос — видимо, она и бродила вокруг дома. Во всяком случае, даты совпадали с ее увольнительными из психушки.
— Но как? — Сюзанна уставилась на нее.
— Таксист рассказал, что подвозил ее домой в тот самый день, когда пропала картина, так что я поехала туда.
— Ты поехала среди ночи домой к Норе и Фредрику? Ты что, совсем спятила, Чарли?
— Я просто хотела посмотреть, там ли картина. И она там. Так что все разрешилось.
— Черт подери, все еще больше запуталось! — воскликнула Сюзанна. — Думаешь, они станут лучше относиться ко мне от того, что я нарисовала их дочь на фоне места, где ее потом нашли мертвой?
Чарли вышла к машине. Ветер переменился, констатировала она, потому что сегодня запах с целлюлозно-бумажной фабрики ощущался отчетливо. Память на запахи самая мощная, Чарли где-то об этом читала. В учебнике психологии или в каком-то журнале? Как бы то ни было, похоже, так и есть, потому что этот ни с чем не сравнимый запах… дерьма заставил ее вспомнить свою кровать в Люккебу. Бетти так и не научилась это отслеживать — не развешивать белье на улице, когда дует северный ветер. Чарли проклинала себя за то, что не взяла с собой алкометр. Вот бы он сейчас пригодился! Однако она была почти уверена, что он ничего бы не показал. Ее организм обладал потрясающей способностью избавляться от алкоголя, в чем она уже не раз имела возможность убедиться.
