Орёл над Винницей кружитсяПод колокольный перезвон,Взмахнув крылом. И видит птица:Несётся лёгкий фаэтон.Сверкают золотом погоныУ казаков на облучке.Две августейшие особыВ карете катятся к реке.Сидят супруги в экипаже,Осматривая всё кругом.На даме шляпа под плюмажем,На нём — фуражка с козырьком.Несутся кони по бульвару.Вдруг справа показался дом.Побеленный, совсем не старый,На крыше аисты с гнездом.Писателем и полиглотомБыл Коцюбинский Михаил.Писал романы, и почётаОн, безусловно, заслужил.Дымок клубился над домишком.На всю страну известен он.Мыслитель, сочинитель книжекБыл в этом домике рождён.Земля — мираж в его романе,А революция — фантом.Теперь гордятся винничанеТаким известным земляком.Кортеж начался от вокзалаИ растянулся на версту.Карета быстро приближаласьК стальному новому мосту.Разделенный на два фрагмента,Мост через остров проходилС названием заморским: «Кемпа».Он берега соединил.Пред ними Южный Буг змеится,А сзади верхом гарцевалНа белогривой кобылицеСедобородый генерал.Горят на солнце эполеты.Сегодня возглавляет он,Сопровождающий карету,Кавалерийский эскадрон.Стучат подковы конной пары.Повсюду слышен шум и гам.Неспешно катят по бульваруПролётки видных винничан.Толпа приветственно кричалаКогда по пыльной мостовойСам Оводов — градоначальникПроехал, помахав рукой.За ним в коляске с крытым верхом,В фуражке, с рыжей бородойСидел Артынов — архитектор,С супругой — дамой молодой.Итогом сих мужей усилийИсчезла с главных улиц грязь.И Винница преобразилась,В губернский город превратясь.Домов построено немало.Запущен сахарный завод.Трамвай связал базар с вокзалом,И проведён водопровод.Потрачена большая суммаНа башню и отель «Савой»С лифтом и городская дума.Разбили скверик городской.Гимназия, библиотека,Салоны модные для дам,Муниципальная аптекаРаботала для винничан.Гордилась Винница гробницей,Где упокоен Пирогов.И современную больницу,Открыв, назвали в честь него.Печатать начали газету,И проводили телефон.От электрического светаПо вечерам светло как днём.Порядок чёткий на «Каличе»Наведен был в кратчайший срок.Таким увидел гость столичныйЗелёный южный городок.На солнце маковки сверкали,Сусальным золотом горя.Радушно Винница встречалаЯсновельможного царя.Монарха славили фанфары.Коляска двигалась вперёд.По обе стороны бульвараСтоял ликующий народ.В цветастых капорах матроны,А сорванцы на фонарях.В одеждах чёрных, как вороныПослушницы монастыря.С мальцами молодые папы,И сгорбленные старикиВ почтении снимают шляпы:Кто канотье, кто котелки.Стоят в ермолках иудеиВ своих парадных сюртуках.Мелькает митра архиерея,Монахи в чёрных клобуках.В крестах и орденах героиВ толпе мелькают тут и там.И гимназистки ровным строемПод наблюденьем классных дам.Девицы смотрят горделиво,Прекрасны все, как на подбор.Как на невиданное дивоНаправлен августейший взор.Свежи и непорочны лица,Глаза лазурны как ручей.От самой маленькой девицыНе мог он отвести очей.Она как сизая голубкаСтояла в платье голубом.Её коротенькая шубкаСверкала золотым шитьём.Лежала на плече малышкиКоса, сверкая как янтарь.Прелестным обликом ФрантишкиБыл очарован Государь.Прекрасна жизнь, когда ты молод,С тобою братья, мать, отец,Неведенье, что горя молотУже поднял злой рок — кузнец.Как конь буланый время скачет,Двадцатый век начал разбег.Понёсся как скакун горячий,Сменив неспешный прошлый век.Что будет в жизни героини,Ещё не ведомо пока.Ждёт сон беспечный на перине,Или мозоли на руках?Пока, она под небом ясным,Живёт в уюте и тепле.В кругу семьи, цветком прекрасным.А в это время на землеБушует пламя революций,Цунами бойни мировой.И карту, как лоскутик куцый,Штыком сшивают как иглой.Она в гимназию ходила,Когда подковами копыт,Топтала землю злая сила,Разрушив весь привычный быт.Казалось, городок взбесился,Все люди озверели вдруг.На нервной почве обострилсяУ матери былой недуг.Над нею смерть — старуха кружит.Однажды, в пред пасхальный пост,Под плачь её детей и мужа,Свезли бедняжку на погост.Своей энергией, харизмой,Держала всё семейство мать.От всех житейских катаклизмовБрат Лёня начал выпивать.Таскал из дома что попало:Часы, икону и оклад.Однажды выручка пропала,А вместе с ней исчез и брат.Когда вручали аттестаты,Держа в руках германский флаг,Шли иностранные солдаты,По мостовой, чеканя шаг.Страдали лавки, магазины.Как снежный вал с высоких гор,Громя стеклянные витрины,Распоясался мародёр.Пекарню тоже не щадили.Злодеи, не боясь греха,Её нещадно погромилиИ подпустили петуха.Стараньям многих поколенийПришёл в мгновение конец.Под обгоревшее поленьяПопал, сгорев в огне, отец.Она осталась, в чём стояла:Без пищи, денег и жилья,Без простыни, без одеялаИ даже сменного белья.В чём Франя была виновата.Она от холода дрожит.И прижимаясь к телу брата,От горя плакала навзрыд.Ни крошки хлеба, ни монетки.Хоть от отчаянья кричи.Над ними сжалилась соседка,И сдала угол близ печи.На узкой кованой кровати,Где помещались лишь ничком,Лежала, не снимая платье,Укрывшись штопаным мешком.Работы нет, дохода нету.Идти на улицу — позор.Ну, хоть с сумой иди по свету,Или на паперть под собор.Нет проку от пера и книжки.Не беспокоит мужиков,Что очень грамотна малышка,И знает много языков.Никто теперь не нанимаетЗа корку хлеба мыть полы.Ведь чистоту не соблюдаетНарод. Сейчас не до метлы.От голода не держат ноги,И смерть вот-вот возьмёт с собой.Вдруг показался на порогеМужик с курчавой бородой.На стол ложатся хлеб и сало,Кровянка, крылышки курей.Она такого не видала,Наверно, очень много дней.Он, из котомки вынимая,Пред Франею кладёт калач.А девушка не понимает,Что хочет этот бородач.Дошло до Франи понемногу,Что он зовёт её с собой,Поехать в дальнюю дорогуИ стать законною женой.Её, увидев на «Каличе»,Амуром был сражён мужик,И то, что Франя католичкаПреградой не было в тот миг.Когда Амур стучится в двери,Тогда при выборе жены,Национальности и верыДля человека не важны.Так неожиданно просваталМужик, огромный как скала.Проплакав на плече у братаВсю ночь, согласие дала.В одной церквушке православной,Она уже грядущим днём,По католически зеркально,Крестилась перед алтарём.Всплакнула с братиком немного,Пролив слезу ему на грудь.Потом присела на дорогу,И тронулась в далёкий путь.
