Француженка по соседству полностью

В ответ Модан кивает и, сложив ладони домиком, подпирает пальцами подбородок и задумчиво хмурится. Что касается Себа… у него жутко усталый вид. Лицо серое. Подавленное. Такое впечатление, что в душе он тоже давно знал и с ужасом ждал, когда это всплывет наружу.

– Alors, – говорит Модан, подводя итог, – вы пятеро последними видели мадемуазель Северин живой.

– Не только мы. Еще Тео, – небрежно замечает Каро. При этих ее словах Том как будто каменеет и бросает в ее сторону хмурый взгляд. Я знаю почему: игры уже начались… а может, они начались еще раньше. Это такая жуткая версия игры «передай другому»: музыка внезапно останавливается, и никто не хочет, чтобы приз оставался в его руках. Всем было бы крайне удобно, если б Тео, единственный из нас, кому уже ничего не грозит, взвалил вину на себя. Я смотрю на Тома. Нет, без боя он этого никогда не допустит. Я вновь обвожу глазами сидящих за столом. Мой взгляд скользит по их лицам, и я невольно мысленно спрашиваю себя: Это ты? Это твоих рук дело? И самый неприятный, самый болезненный вопрос: как далеко ты готов зайти, лишь бы обвинить кого-то другого? И наконец, я смотрю на Северин. Она отвечает мне равнодушным взглядом. Затем соскальзывает вниз на стуле и, откинув назад голову, блаженно закрывает глаза: загорает. Я же думаю, что в этом зале вне подозрения лишь двое – Северин и Лара, причем одна из них – жертва и давно мертва.

Модан кивает, соглашаясь со словами Каро.

– Да, безусловно, и Тео тоже. Боюсь, мы будем вынуждены провести дополнительные допросы, но раз уже мы все здесь, первым делом я хотел бы уточнить последовательность событий той ночи. На данный момент, – его руки исполняют свой выразительный танец, – она не совсем ясна.

Себ открывает рот, чтобы что-то сказать, однако Том подается вперед – куда только подевалась его сонливость? – и перебивает его:

– Может, нам стоит сначала пригласить адвокатов?

Его слова повисают в тишине, которую нарушает лишь не то всхлип, не то испуганный вздох Лары – похоже, до нее наконец дошло. Я пару секунд пристально смотрю на Тома. Прежде чем приехать сюда, я всего пару часов назад разговаривала с моим адвокатом. Ее совет был предельно ясен: если уж вы должны там присутствовать, поезжайте. Смотрите, слушайте, но в любом случае без меня не отвечайте ни на один вопрос. Интересно: Том тоже советовался с адвокатом? Модан вытягивает свои длинные руки и, прежде чем ответить, поправляет обшлага рукавов.

– Если вы считаете, что вам нужен адвокат, это ваше право. Но ведь вы не арестованы. Мы лишь, – он разводит руками, – устанавливаем факты. И разумеется, вы все хотите оказать помощь следствию. Ждать, когда приедут адвокаты, – полицейский выразительно закатывает глаза, – это такая трата времени…

Я искренне восхищаюсь этим мини-спектаклем, хотя от намерений Модана по моей спине пробегает холодок.

– И все же, – стоит на своем Том. – Конечно, я не могу говорить за всех, но лично я предпочел бы иметь рядом с собой адвоката…

Произнося эту фразу – я не могу говорить за всех, – он на самом деле говорит за всех нас. Он как будто создал некую групповую ментальность, единую для всех. Том встает и резким движением отодвигает стул назад.

– И если мы не под арестом, то, разумеется, можем в любой момент отсюда уйти. Я прав?

Вот и всё. Он вырвал власть из рук Модана. Встреча завершена.

Мы столпились перед полицейским участком и явно не торопимся разойтись. При этом все молчат, ни у кого нет желания поддерживать разговор. Первой молчание нарушает Лара.

– Так это правда? – спрашивает она, как будто обращаясь к себе самой. – Неужели мы и дальше будем делать вид, будто это все ерунда? Лично я не могу… – Она умолкает, не договорив.

Образовавшуюся пустоту заполняет голос Себа.

– Кто-нибудь знает хорошего адвоката? – Он пытается говорить шутливым тоном, а его вопрос обращен к Каро и мне, но по лицу видно, что ему не до шуток. Мне кажется, будто я вижу его насквозь вплоть до самых костей. Мышцы, кожа – это лишь полупрозрачные занавески, сквозь которые мне видно, что он вот-вот начнет разматываться словно клубок.

– Уголовное право не по моей части, – отвечаю я, тоже пытаясь придать голосу шутливое звучание. – Хотя если тебе требуется хороший корпоративный юрист, я – именно тот, кто тебе сейчас нужен.

Никто не удостаивает мои слова даже тенью улыбки.

В руках у Каро вновь появляется мобильник. Она отвечает, не поднимая глаз.

– Я уверена, мой отец сможет кого-нибудь предложить. Или твой, – добавляет она, помолчав.

Себ морщится:

– Ага, я так и жду этого разговора.

Том сочувственно смотрит на него. Судя по всему, влияние лорда Харкорта с годами ничуть не ослабло. Каро приподнимает голову: