Французская косичка полностью

– Маме с папой я пока не говорила. И даже Кевину. Все кажется, что если не произносить этого вслух, то ничего и не случилось.

– Ты звонила Дэвиду?

– Дэвиду?

– Ты звонила ему поздравить?

– Ты чокнулась? Ну право, Лили. Я понимаю, что ты не так сильно к нему привязана, как я, ты всегда ревновала, потому что до его появления ты была младшей. Но неужели ты не понимаешь, как это болезненно для меня? Не знаю, смогу ли когда-нибудь относиться к нему по-прежнему.

– И ничего я не ревновала! – возмутилась Лили.

– Боже, сейчас она начнет все принимать в штыки. – Элис наверняка устало воздела глаза к потолку.

– Да мне пофиг было, что он младший! Я хочу сказать… Слушай, Элис, вспомни, что сказал Моррис. Разве мы не должны радоваться, что Дэвид встретил наконец кого-то?

– Что он встретил разведенку втрое старше себя, которая не снизошла до разговора с нами?

Лили расхохоталась.

– Что смешного?

– Тебя послушать, так бедняжка одной ногой в могиле. Не настолько уж она старая.

– Просто древняя. И, честно говоря, я понятия не имею, откуда она.

– Из Миннесоты.

– Но как она туда попала?

– Неудачный первый брак, к примеру, развод, она переехала с дочерью на восток. Перестань, – вздохнула Лили. – Не вижу никакой проблемы.

– Ты так говоришь, потому что хочешь казаться более прогрессивной, чем я.

– А я и есть более прогрессивная, чем ты.

– В то время как меня, с другой стороны, волнует счастье Дэвида.

– Я хочу сказать только, что Моррис думает…

– Моррис думает, что наша семья недружелюбная, косная и осуждающая, знаю. Я все это уже слышала.

– Вовсе нет. Моррис думает, что, возможно, Грета вела себя так, потому что очень нервничала. Он говорит, что, может, она нам понравится со временем, – сказала Лили. И добавила: – Но если уж ты намерена и дальше заканчивать за меня каждую фразу, то попробуй хотя бы заканчивать правильно!

И бросила трубку. Пригладила волосы, одернула юбку и вернулась к телевизору.

Лили дождалась перерыва на рекламу, прежде чем сообщить новость Моррису.

– Угадай, что рассказала Элис.

– Она уходит от Кевина?

– Не говори глупостей.

– Они переезжают в однокомнатную квартиру в Гованс?

– Очень смешно.

– Тсс! – Робби любил смотреть телевизор внимательно, даже рекламу.

– Дэвид и Грета поженились.

Робби изумленно повернул голову и уставился на мать.

– Да ты что! – обрадовался Моррис.

– Грета прислала Элис открытку, в которой благодарила за обед, и между делом упомянула о свадьбе.

– Но они не пригласили нас! – возмутился Робби.

– Да это не была прямо свадьба-свадьба. Но все же… – Лили многозначительно посмотрела на Морриса. – Когда приезжали на Пасху, они, должно быть, уже собирались пожениться. Почему они хотя бы просто не сообщили об этом?

– Может, не хотели скандала, – предположил Моррис.

– Мы бы не устроили никакого скандала!

– Да, но, может, Дэвид опасался, что кто-нибудь скажет что-нибудь… неодобрительное.

– Мы были очень приветливы! Мы даже шампанское приготовили!

– Правда? – удивился Моррис.

– Мы вовсе не бесчувственные чурбаны, ты прекрасно знаешь.

– Эй! Вы там! – предостерегающе воззвал Робби, потому что на экране вновь появился Халк.

Лили встала и вышла в кухню. Здесь царила благостная тишина, еще более благостная после воплей в телевизоре. Она села за стол, потянула к себе записную книжку, висевшую на веревочке рядом с телефоном.

Она даже не помнит номера телефона брата, разве этим не все сказано! Лили набрала номер и села поудобнее, слушая гудки на другом конце линии.

Лили решила, что если ответит Грета, она будет вести себя откровенно восторженно. Прямо как чирлидерша. «Грета! – заорет она. – Это твоя новая сестра!» Или нет, пожалуй, нет. Это как-то чересчур. «Привет, Грета, я так рада была услышать…»

Но трубку снял Дэвид:

– Алло?

– Привет, Дэвид.

– Привет, Лили.

– Так ты женился.

– Точно.

– Что ж, поздравляю.

– Спасибо.

Он как будто ждал большего.

– Так неожиданно! – сказала она. – Я и не знала, пока Элис не сказала.

– Да, знаешь, я собирался рассказать. Хотел сначала написать маме с папой.

– Понятно. Ну. Ладно. Просто хотела сказать, что очень рада за тебя.

– Спасибо. – Но, кажется, он все еще чего-то ждал.

– Грета мне показалась очень милой, – наконец решилась она.

– О да, она милая, – подхватил Дэвид. – Она такая… необыкновенная! Знаешь, у нее ведь была нелегкая жизнь. Родители у нее иммигранты, которые выбивались из сил, зарабатывая на жизнь, а в детстве она перенесла полиомиелит; потом, пока училась, работала официанткой, сиделкой у стариков, посудомойкой в ресторане…

Лили не могла припомнить, когда она в последний раз слышала от Дэвида столько слов за раз. Целый поток слов, настоящая река.

– Муж ее был полной скотиной. Ортопед; он бросил ее и ушел к своей секретарше, когда Эмили был всего месяц от роду, а сейчас изображает из себя отца – добивается опеки, хотя с самого начала он просто отказался от дочери, не пожелал дать ей…

– Да, Эмили такая славная, – вставила Лили.

– Она самое дорогое, что у меня есть.

Лили онемела.