— О каком мужестве может идти речь, если Руча решил использовать меня?
— Неправда. У Виктора и мыслей не было предавать тебя, тем более наживаться. Я разговаривал с ним, потому с полной уверенностью могу утверждать, что он считает тебя своим другом.
— Другом? А как же вор в законе? Попытка использовать наши отношения?
— Не было никого вора, как и не было попытки использовать тебя. Что касается связи с Гришиным, то это тема отдельного разговора. Полковник не просто решил столкнуть вас лбами, это стратегия придуманного им плана.
— Какой интерес Гришину чернить в моих глазах Виктора?
— Во-первых, развалить тандем. Полковник, узнав, что вы с Виктором друзья, понял, что справиться с двумя будет тяжелее, чем с одним. Не будь рядом Рученкова, он разобрался бы с тобой легко и непринуждённо. Но стоило встрять в игру Виктору, как всё перевернулось вверх дном. Гришину срочно пришлось придумывать что-то, что могло разрулить ситуацию в его сторону.
— А во-вторых?
— Что во-вторых?
— Ты сказал, во-первых, разорвать тандем. А во-вторых?
— Во-вторых, Гришин в своё время устроил всё так, что Виктору пришлось подать рапорт об увольнении из органов.
— Гришин?
— А чего ты удивляешься? Война Гришина с Рученковым ведётся с 2003 года, притом, что сначала отношения начальника и подчинённого складывались как нельзя лучше.
— Виктор служил под руководством Гришина?
— Можно подумать, ты не знал?
— Откуда? О службе никогда не говорили. Виктор не распространялся, я не спрашивал.
— В таком случае ставлю в известность. Переводом в специальный отдел, который занимался расследованием особо значимых дел государственной важности, Рученков обязан Гришину. Не знаю, что послужило толчком, но полковник начал проявлять к Виктору особый интерес. Может, увидел в Руче себя молодым, может что-то другое, так или иначе начал готовить себе преемника.
— И что внесло раздор?
— Дочь полковника. У него их две. Младшая только — только закончила МГУ. Старшая шесть лет как адвокат. Обе пошли по стопам отца. И всё было бы нормально, если бы Оксана не влюбилась в Рученкова.
— Подожди! — Богданов жестом остановил Кузнецова. — Я не понял. Оксана — дочь Гришина?
— Ну, наконец-то.
Разведя руки в стороны, Кузнецов улыбнулся улыбкой, от которой Богданову стало не по себе. Пытаясь сопоставить догадку с вещами, имеющими под собой жизненную основу, Илья старался выудить из памяти всё, что знал о супруге Виктора.
— Чего-то я совсем потерялся.
— Не мудрено. Вас бизнесменов кроме денег, что ещё может интересовать? Их количество и возможность доказывать свою независимость.
— Только не надо валить всё в одну кучу. У меня прекрасные отношения с Оксаной. С Виктором мы дружны с детства, пока, между нами, не встал Гришин.
— Хорошо не буду, — видя, что упрёком своим задел Богданова за живое, телохранитель предпочёл продолжить разговор без переходов на личности. — Отношения между Виктором и Оксаной по логике жизни должны были быть в радость всем и в первую очередь главе семейства. Любимая дочь, подающий надежды сотрудник отдела! Мог ли Гришин мечтать о лучшей партии для своей старшенькой, когда счастье той практически вошло в их дом? Оказывается, мог. Как выяснилось в процессе разбирательств, полковник за два года до того, как Рученкову познакомиться с Оксаной, сосватал дочь за сына заместителя министра. Всё складывалось, как задумали отцы. Но появился Виктор, планы рухнули, за планами развалились надежды.
— Интересно знать, как вёл себя в этой ситуации сын замминистра?
— Влюблён в Оксану с детства. В один садик ходили, за одной партой сидели. Жизнь складывалась так, что семья Гришиных и семья замминистра шли по жизни бок о бок. Факт этот и привёл отцов к решению породниться. Кто, когда предложил, это история умалчивает. Да и не в этом суть. Рученков, узнав, что шеф решил выдать дочь за другого, встал на дыбы. Оксане пришлось выбирать между отцом и Виктором.
— И она выбрала Рученкова?
— Разумеется. Вещички в чемоданчик и айда за тем, за кем можно было идти легко и непринуждённо. На двенадцатый день после ухода Оксаны из дома Гришин отправил Рученкова в командировку. На полгода. И знаешь куда? В Чечню.
— Ни хрена себе! На полгода на войну!
— В том — то и дело, что на войну, да ещё с задачей, согласно которой Виктор попал из кабинетного кресла в пекло. Парня обтесать надо было, дать возможность осмотреться, ан — нет, на передовую и по возможности туда, где горячее всего. Смертью Виктора Гришин решил снять проблемы относительно дочери, пройдёт время, думал он, сотрутся воспоминания. Оксана станет такой же покладистой, какой была до встречи с Рученковым.
Не тут-то было. Планам полковника не суждено было претвориться в жизнь по двум причинам. Первая — Виктор оказался не из слабых. Сумев пережить разлуку с любимой, проявил себя как настоящий мужик, о чём свидетельствует орден Красной звезды. Вторая — сама Оксана. Гришин надеялся, что, живя в чужой квартире, в вечном страхе за жизнь любимого Оксана не продержится и недели. Но произошло то, чего не ожидал никто и в первую очередь сам отец. Оксана укатила к мужу.
