Хотя густые кроны деревьев скрывали серое небо и мешали дождевым потокам, вода все равно стекала с зеленых листьев и ветвей, холодными каплями падая на разгоряченную кожу воинов. Звучали тихие разговоры, хлюпала под ногами размокшая земля и скрипели колеса повозки, внутри которой сидела укрытая плотной тканью Делия. Фыркал, отряхиваясь, конь, чья шерсть потемнела от дождя.
Так звучала война. Но было в этом шуме нечто умиротворяющее.
Справа от меня прошлепали по грязи тяжелые ботинки.
– Я могу понести твой щит, девица, а то устанешь раньше времени, – прозвучал насмешливый бас.
Я повернулась, встретившись с темными глазами мужчины, которого видела с Николасом во время первого совета. Густые усы скрывали его тонкие губы, длинная черная борода была заплетена в толстую косу, поперек широкого носа тянулся бледный шрам, еще один пересекал густую бровь.
– Уверяю вас, я в состоянии донести свое оружие. Если хотите, могу понести
Идущие рядом воины притихли, наблюдая за нами.
Некоторое время мужчина молча смотрел на меня, а потом его усы подпрыгнули от широкой улыбки, и он расхохотался, запрокинув голову.
– Парень сделал правильный выбор! – И дружелюбно представился: – Талэк.
Я не сумела сдержать ответную улыбку.
– Фрейя.
– Признаться, Фрейя, мне еще не доводилось идти в бой с женщиной.
– В новом опыте много пользы, – заметила я.
Талэк что-то одобрительно промычал, скрыв слова за коротким смешком, больше похожим на раскат грома.
– Ты уже убивала?
– Приходилось.
– Да, точно, – он прищурился, с интересом разглядывая меня, – битва у реки. Говорят, в тот день ты уложила десятки Хири.
Я пожала плечами. У меня не было желания об этом вспоминать.
Талэк крякнул.
– Сегодняшнее сражение обещает быть интересным. Тебя потеряли. Гляди-ка, как тревожится, – усмехнулся здоровяк.
Идущий впереди Николас заметил, что меня нет рядом, и начал хмуро оглядываться на ходу, пока Талэк не помахал ему рукой и демонстративно не приобнял меня за плечи. На лице Ника промелькнуло недовольство, но в то же время, как мне показалось, это принесло ему некое облегчение.
– Давно вы с ним знакомы? – спросила я, когда Николас отвернулся.
– С Никки-то? Да я видел его еще приникающим к груди матери.
– Никки? – удивленно переспросила я. – Бьюсь об заклад, ему не нравится, когда вы его так зовете.
– Ничто не бесит его сильнее, – с довольным видом согласился Талэк.
Я улыбнулась. Да, мне определенно нравился этот несносный человек.
– Каким он был ребенком? – тихо, несколько робко спросила.
Талэк задумчиво пошевелил густыми усами, прежде чем ответить:
– Таким же, как и сейчас, только… – Он опустил руку на уровне своего бедра, немного подумал, нахмурившись, и опустил еще ниже. Я приподняла бровь, пытаясь сдержать смех, но он не закончил: – Серьезным и смекалистым не по годам. Но он не всегда был таким занудой и любил озорничать, как и все дети. И, сотворив пакость-другую, напускал на себя такой вид, что можно было всерьез засомневаться, натворил что-то он или ты сам.
Я хмыкнула. Это было очень похоже на Николаса.
– Однажды малец схлопотал довольно сильно, а заодно и его шайка. – Талэк указал на близнецов и Фабиана. – Никки было лет восемь, когда Аян решил нанести визит нашему клану и обменяться припасами. Мальчишка убеждал его, что уже достаточно взрослый для поездки, но Аян был непреклонен и, передав его в руки Делии, уехал с группой воинов. И что ты думаешь, – возмущенно воскликнул он, – этот гаденыш успел юркнуть в повозку, а за ним увязалась и эта троица. Естественно, они не подумали о том, что в дороге им нужно будет чем-то питаться, и на первом же привале были пойманы на попытке утащить пару кусочков солонины у костра, как какие-то грязные воришки. Никогда не видел Аяна таким злым, – поморщился Талэк. – Нет, – спохватился он, посмотрев на меня, – разумеется, в тот момент лично я не видел, но мы потом чуть глотки не надорвали от смеха над этой историей.
– Он их наказал? – сочувственно спросила я.
– О-о-о, – поморщившись, протянул Талэк. – Еще бы. Аян поставил их четверых на том же привале в ночной дозор.
– В восемь лет? – ужаснулась я.
– Близнецам было шесть, – сообщил Талэк, наслаждаясь видом моего вытянувшегося лица. – Никки вызвался взять всю вину на себя, как зачинщик. Но мальчуганы не захотели бросать его. Правда, задремали едва ли не сразу, – хохотнул он. – Зато они с Фабианом выстояли. Никогда не видел более уставших детей. Они и деревню нашу толком не рассмотрели, почти все время спали.
– Жестоко, – возмутилась я.
– Действенно, – не согласился Талэк. – Но каким виноватым выглядел Аян, смотря на сына, когда тот не видел…
– Это у них семейное: рубить сплеча, а потом раскаиваться, – ворчливо отозвалась я, и Талэк хмыкнул. – Этна и Шэлдо всегда были близки?
Он громко фыркнул и смешно скривил губы.
– Куда там! Раньше мы были злейшими врагами.
От удивления я споткнулась, но мужчина, к своей чести, промолчал. Лишь недобро покосился на мой щит.
