Проснувшись, Мод взглянула на часы и поняла, что до пятичасового чаепития, которое Питер советовал не пропускать, оставался час. Едва подумав про гида, Мод заметила его прямо за окном. Он шел по тропинке, но внезапно свернул с нее, и исчез среди валунов и кустарника. Находиться в лоне африканской природы для Питера было привычно, так что он не нуждался в компании для прогулок. Возможно, он был вооружен. Так или иначе, с ним все будет в порядке. Но вот самой Мод необходимо было немного размять ноги, прогулявшись по пляжу – это она должна была успеть. В целях безопасности Мод снова прихватила трость. Ведь никогда не знаешь, с чем столкнешься, гуляя по берегам Замбези.
Первым, что увидела Мод, сойдя с трапа, была спина ректора Фредрика Зиандера. Он легко шагал по тропинке, и вскоре скрылся за поворотом. За ним чуть более степенно следовал Ларс Хоканссон. Казалось, он прямо на ходу щелкает своим объективом. Странно было видеть его не в компании супруги, но та, вероятно, решила отдохнуть, пока не пришла пора пить чай, – рассудила Мод. Ей не показалось, что эти двое идут куда-то вместе, скорее каждый шел по своим делам. Так как они оба направились в одну сторону, Мод приняла решение идти в другую.
Риск нарваться на крокодила или бегемота был минимален, потому что они предпочитали держаться верхнего течения реки, у водопада. Но были и другие животные, которых следовало остерегаться. Пройдя около километра, Мод заметила толстую змею, которая без всякой спешки свивала кольца посреди дороги. Мод узнала змею – это была шумящая гадюка. Таких змей Мод уже встречала, и знала, что их нужно остерегаться. Гадюку легко раздразнить, и она сразу нападет, если ее потревожить. Что было хуже – если вы встретили одну гадюку, значит, поблизости есть и другие. Элизабет Карлетон, к тому же, рассказывала про льва… Обычно Мод не пугала встреча с дикими животными, но она вынуждена была признать, что определенный страх перед змеями у нее присутствовал. И несмотря на то, что охотятся обычно львицы, голодный самец тоже не прочь будет воткнуть когти в сухонькую старушку. Кажется, идея прогуляться была не самой блестящей. Мод решила вернуться назад, и посидеть с книгой на балконе.
Пассажиры яхты собрались в баре за несколько минут до назначенного времени. Маленькая группа туристов Саут Африка Гран Тур окружила Питера и Луандре. Мод тут же приметила, что Фредрик Зиандер и Ларс Хоканссон не пришли. За соседним столом сидели туристы из французской группы.
Питер не преувеличивал, этот пятичасовой чай оказался действительно чем-то особенным. На барной стойке красовались большие блюда с вкуснейшей выпечкой и разнообразными лакомствами на один зубок. Чай подали в широких пиалах тонкого фарфора. На выбор предлагалось несколько сортов: красный ройбуш, зеленый китайский, черный кенийский и привычный эрл грей. Мод, разумеется, иногда пила чай, но все же предпочитала кофе. Однако кенийский чай и все эти крошечные лакомства совершенно покорили ее сердце. Мод позволила себе насладиться от души. По этой причине прошло целых полчаса, прежде чем до нее дошло, что Зиандер и Хоканссон так и не объявились. Мод потянулась через низкий столик и заново наполнила свою пиалу, внезапно встретившись взглядом с Сюзанной Хоканссон.
– Я видела, как ваш супруг выходил отсюда с камерой около четырех часов. Он еще не вернулся? – нейтральным тоном спросила Мод, стараясь не выдать своего любопытства.
Сюзанна закатила глаза и улыбнулась:
– Ему показалось, что на реке по пути сюда были цапли-голиафы. Где-то в километре вверх по течению, по его прикидкам. Но очевидно, цапли оказались дальше. Или он вообще ошибся. Цапли вообще могли улететь. А он мог наткнуться на что-то более интересное. Откуда мне знать?
Сюзанна пожала плечами, и со своей тарелкой отправилась за добавкой. Уже на пути назад она замедлила шаг и остановилась, как вкопанная, неотрывно глядя в направлении входа. Мод проследила ее взгляд. В дверях стоял перепачканный с ног до головы Ларс Хоканссон, на лбу которого зияла кровоточащая рана. Руки у него тоже были в крови, в одной из них он держал телескопический объектив. Ларс горестно взглянул на жену.
– Я упал… объектив разбился, – еле слышно пробормотал он.
Сюзанна Хоканссон поставила свою тарелку на ближайший столик и бросилась к мужу. Питер тоже встал на ноги.
– Давайте отведем его к штурману. Он кое-что смыслит в медицине, – предложил Питер.
И все трое скрылись на половине экипажа.
Вернулись в бар они уже в компании Фредрика Зиандера. Одна рука у того была перемотана бинтом. У Ларса были забинтованы обе руки, а на лбу красовался большой кусок пластыря.
– Что с вами произошло? Вы подрались? – с хриплым смехом спросила Элизабет Карлетон.
Вместо пострадавших ответила Сюзанна Хоканссон:
– Когда мы пришли в медпункт, там уже был Фредрик. Его покусал… неважно, кто бы это ни был. А бедный Ларс свалился с прибрежного склона и чуть не упал в реку!
– Но зато я заполучил прекрасное фото цапли-голиафа, – вставил ее супруг.
