— Нет, не надо мне стажеров, — от долгих переговоров с Алисией у Тэссы начинало стучать в затылке. — Ты вообще представляешь, что такое Нью-Ньюлин? Да у нас тут на днях один ребенок на днях подкинул другого на высоту второго этажа. А теперь соображай быстрее: целый приют подобных детей. И вот скажи мне, какой стажер с этим справится? Нет, тут нужны учителя со стальными…
— А я тебе так отвечу: онлайн-уроки. Кто будет оплачивать учителей для школы на десять детей? Где я возьму такие бюджеты?
— Ну а я тебе о чем! Нам нужны учителя из тех, кто нуждается в Нью-Ньюлине.
— Ну знаешь ли. Никто не пишет в резюме: а еще я вою на луну!
— К счастью, никто на луну пока не…
Она осеклась, завидев Камилу Фрост, несущуюся к ней на всех парусах. Только пиратского флага не хватало.
— Я тебе перезвоню, — пригрозила Тэсса телефонной трубке.
— Не торопись, — ехидно откликнулась Алисия и первой отключилась.
Камила, чертыхаясь, перебралась через прибрежные камни и остановилась в шаге от Тэссы.
— Загораешь? — строго спросила она. — А на вверенной тебе территории всякие безобразия происходят.
— Не может такого быть, — ахнула Тэсса. — Безобразия? В Нью-Ньюлине?
— А вот мне совершенно не смешно. Эта мелкая рыжая мерзавка…
— Мэлоди.
— Я и говорю, эта мерзавка коварно, под покровом ночи проникла в наш дом на холме и…
Тэсса ждала, заинтригованная. Мэлоди всегда отличалась бурным воображением по части различных каверз.
— Она… — Камила мужественно вздернула подбородок, — развесила мое нижнее белье на деревьях. Если бы мимо проплывал корабль, то матросы бы решили, что это рекламная акция прибрежного борделя!
Тэсса подумала: если бы ее нижнее белье развесили по деревьям, то матросы бы решили, что это монашки сушат одежду. И почему у нее нет бордельного белья? Хотя бы крохотной лоскуток чего-то кружевного и шелкового.
Кружевными и шелковыми в их замке были только носовые платки Холли, вечно перепачканные в краске.
— И чем ты насолила Мэлоди? — спросила она.
— Я? — оскорбилась Камила. — Смею тебе напомнить, что я взрослый человек. Свары с подростками — не моя лига.
— Ну да, — не поверила Тэсса. — Впрочем, после обеда я пришлю к тебе Мэлоди, она поможет снять с веток все, что туда повесила.
— Но я не хочу иметь с ней никаких дел. Пришли ко мне добрую близняшку.
— Лагуна вовсе не обязана расплачиваться за проступки сестры.
Камила недовольно скривилась, но спорить с Тэссой было себе дороже. Это даже она уже уяснила.
— И вот еще что, — царственно бросила она, — так уж и быть, я сделаю тебе одолжение и возьму на себя преподавание антропологии в твоем босятском приюте.
— Господи боже, — вырвалось у Тэссы, — и для чего бедным детям антропология? Это же университетский курс.
— Никогда не лишне понимать, каких еще гадких сюрпризов ждать от этого человечества.
— Избавь их от спойлеров.
— Ну тогда биологию, — предложила Камила после заминки.
— И что с тобой такое? — нахмурилась Тэсса. — Ты же всамделишный ученый, регулярно публикуешься в профессиональных изданиях, без устали ставишь на нас опыты. Откуда вдруг тяга к примитивному учительству?
Камила вздохнула. Наклонилась, подняла несколько камешков и запулила один лягушкой по волнам. Бирюзовая, переливающаяся на солнце вода, мгновенно его счавкала.
— Скучно, — неохотно сказала она одними губами, будь Тэсса человеком, она бы ни за что не расслышала.
Ох, сюда бы Фанни. Уж та бы нашла что сказать женщине, которая бросила все: дом в центре Нью-Ньюлина, газету, — чтобы перебраться подальше от людей на холм и жить там в уединении с отшельником. Совсем недавно Камила громко декларировала направо-налево о том, как ей все вокруг надоели и как хочется тишины. И вот прошло совсем немного времени, и она готова броситься в самую гущу событий, к ненавистным ей детям.
— Поговори с Джулией, — только и сказала Тэсса, — она составляет учебный план.
В конце концов, в любом обществе должен быть простой и понятный враг, объединяющий всех остальных. В Нью-Ньюлине им была Камила Фрост, нехорошо лишать детишек злобного учителя. Иначе против кого они станут дружить?
— И вот еще, — Камила все не уходила. — У нас новенький. Циркач с крылышками. По виду — нищеброд.
Они обе с одинаковой укоризной уставились на море.
— Так, — терпеливо принялась объяснять Тэсса заново, — давай еще раз, дорогой наш Моргавр. Нам нужны богачи, понимаешь?
Море насмешливо плеснуло на них соленой водой.
— Да, я знаю. Ты прислал к нам Уильяма Брекстона, миллионера, которого Лагуна повсюда таскала на веревочке, как воздушный шарик. Но у Холли хватило глупости сделать ему на щиколотках татуировки с гирями, и Уильям вернулся к своим дворцам и яхтам. На своих двоих ногах вернулся, как обычный человек. Да, оставил щедрый чек для приюта, но ведь это не тоже самое. Холли не может быть нашим единственным меценатом, не так ли?
Море смеялось над ними, хватало за пятки, искрилось барашками.
— Ладно, — Тэсса присела на корточки и погладила воду, — спасибо и за циркача. Кажется, ты намекаешь, что у нас тут шапито, не так ли?
