Фридрих ненавидел несправедливость, реальную и мнимую, не только в области отправления правосудия; его гнев вызывало любое злоупотребление властью со стороны высокородных лиц. У него была организована прекрасная система почт и связи. Почтовые лошади нанимались путешественниками через агентства смотрителей местных почтовых станций во всех городах. Эти должности занимали главным образом отставные армейские офицеры. Они отвечали перед королем за сбор средств, правильную оплату собственникам лошадей, а также за набор кучеров и управление ими. Система работала хорошо и приносила доходы. Интересен один случай. Фридриху, находившемуся в Бреслау, должны были доставить послание русской императрицы. Ее курьером был прославившийся в будущем генерал Суворов. В дороге он немного задержался из-за бездельника-форейтора. Суворов возмутился, и в ответ ему надерзили. Тогда он побил форейтора тростью.
На следующей остановке курьера Елизаветы арестовали, грозили судом, однако позволили продолжать путь, когда он назвал себя. Добравшись до Бреслау, Суворов предстал перед Фридрихом, который принял его с великим почетом. Король спросил, было ли путешествие приятным, и Суворов поведал ему свою историю.
Впоследствии он говорил, что перемена во Фридрихе была удивительной. Король сказал холодно: «Генерал, можете считать, что вам повезло!»
А Суворов понял, он находится перед монархом, для которого законы и уложения так же священны, как и установленные права государственных служащих, независимо от их ранга. В обязанности короля входила защита форейторов, когда они исполняли свои обязанности, от кого бы то ни было. Позднее Фридрих услышал историю о том, как известный французский путешественник ударил кучера, а тот выбросил его из экипажа вместе с чемоданом. Француз с возмущением написал королю, посоветовавшему ему впоследствии быть поосторожнее. «Что за дикая страна эта Пруссия, — говорил француз, — где нельзя ударить кучера, чтобы не получить тумак в ответ!» Фридриху это очень поправилось.
Теоретически Фридрих управлял Пруссией через министров департаментов. Тогда не было «кабинета» в современном смысле разделения обязанностей, однако, проводя совещания и непрерывно ведя переписку, Фридрих вводил всех в курс происходящего. Его главные министры составляли Генеральную директорию Пруссии. И следует отметить, что в мае 1748 года Фридрих составил инструкцию для Генеральной директории, которая явилась одним из руководящих документов для государственного механизма и оставалась таковым в течение многих лет. Он уделял неослабное внимание местному, региональному управлению и в деталях сформулировал принципы формирования «земельного»
В центральном правительстве имелись министры по военным, финансовым, религиозным вопросам, министры почт и коммуникаций. У шефов департаментов служило примерно по пять советников но финансовым вопросам. Это были государственные департаменты, и каждый имел соответствующий поддепартамент в провинциях королевства. Кроме того, каждую провинцию курировал один из министров Генеральной директории. Таким образом, в министерские обязанности входили и функциональные, и территориальные вопросы, а министр отвечал за несколько провинций. Прусские владения, настолько разобщенные и разбросанные — от Восточной Пруссии и Померании до располагавшихся в Рейнской земле территорий Клева и Марка, — что некоторая децентрализация и различия в местной практике управления были неизбежны. Помимо этого, Фридрих организовал новый, Пятый департамент Генеральной директории, не занимавшийся вопросами территорий. В его обязанности входили вопросы экономической политики, координация промышленных программ и перевода военных на гражданское положение. Создание Пятого департамента отражает одну из сторон характера Фридриха и его образа правления. Он часто бывал поспешен в стремлении реформировать системы управления, унаследованные вместе с престолом, и считал укоренившуюся в них бюрократию консервативной и мешающей его деятельности. Король создавал новые органы, подотчетные лично ему, для решения специфических проблем. В результате часто возникали обиды. Люди начинали роптать и сожалеть о временах Фридриха Вильгельма. Плелись интриги за влияние в конкретных областях, существовало неизбежное недоверие между отдельными группировками. Оно, естественно, находило отражение и в провинциальных органах, созданных по образцу Генеральной директории. На каком-то этапе Фридрих стал приглашать к себе для обсуждения дел председателей провинциальных органов управления, что вызывало вполне предсказуемое негодование.
