В письме с выражением признательности Георгу II Фридрих — он никогда не стеснялся выдвигать предложения по руководству другими армиями — настаивал на том, что следует обратить внимание назначение командующим британской континентальной армией герцога Камберленда; рекомендация была принята к сведению, о чем, однако, у него будет повод сожалеть. В ближайшей перспективе тем не менее все выглядело обнадеживающе. Относительно расквартирования ганноверцев и гессенцев, служащих Британии в Вестфалии, Фридрих заявил, что будет счастлив сделать это безвозмездно и предложил Минден, Билефельд, Герфорд и небольшие населенные пункты вроде Петерсгагена. В марте в письме к Митчелу Фридрих сообщил: ганноверские министры, находящиеся в контакте с прусскими, прохладно относятся к интересам Британии — возможно, как и прежде, стремятся к фальшивому нейтралитету, идея которого муссировалась раньше. Это беспокоило его и, как он думал, должно было беспокоить и Лондон. Король осторожно выражал Митчелу недовольство тем, что британцы незаинтересованно относятся к делам в Европе. В феврале, однако, британский парламент поддержал посылку наблюдательной армии для защиты, если это потребуется, Ганновера; герцога Камберленда назначили командующим, и 10 апреля он отплыл в Германию. Инструкции от отца он получил через ганноверского агента, а не от британских министров.
В середине марта Фридрих направил Шверину генеральный обзор военной ситуации. Французы, теперь он считал так, переправят через Рейн 80 000 человек — больше его предварительной оценки в связи с тем, что к ним присоединятся австрийские войска из Нидерландов. 50 000 будут заняты осадой Везеля, а 30 000 двинутся на восток в направлении Магдебурга. В Богемии Браун с основными силами австрийской армии не двинется с места, пока не сочтет, что Фридрих идет на французов. Он полагает, что в этот момент сможет сконцентрировать против пруссаков превосходящие силы. Браун, вероятно, рассматривает Фридриха в качестве дилетанта; монарха, который с удовольствием играет в солдатики. Его план состоит в том, чтобы держать австрийскую армии наготове для вторжения в Саксонию в нужное время, а небольшие силы будут направлены из Моравии для разорения Силезии. Если эти действия скоординировать с французским наступлением, то все обернется против Пруссии.
Для противодействия Брауну Фридрих разработал альтернативные «прожекты» с конкретными вариантами развертывания противника и предложением контрмер. Он направил документы для замечаний Винтерфельду, чье мнение очень ценил, и Шверину в Нейссе. Браун мог стать в оборону и ожидать присоединения французов к его войскам; выйти навстречу французам; попытаться сам начать наступление на Саксонию. На все эти случаи Фридрих предлагал соответствующие контрмеры, ставил войскам конкретные задачи, назначал маршруты движения и так далее. Это был тщательно проработанный документ, основанный главным образом на предположениях. Он знал, что штаб-квартира Брауна расположена в Праге, а подчиненного ему принца Оттавио Пикколомини — в Колине, расположенном в тридцати милях к востоку от Праги на стратегической дороге, Кайзерштрассе. Фридрих думал, что австрийцы располагаются широким фронтом между Пльзенем, к западу от Молдау, и Кёниггрецем на Верхней Эльбе. В некоторых случаях, например, если Браун приступит к операциям в северном направлении в Циттау, в Лусатии, Фридрих был готов отойти к Бауцепу.
24 марта Шверин из Нейссе прислал Фридриху вдумчивые комментарии по поводу его планов. Он видел риски, возникшие в каждом варианте контрмер Фридриха, и тот, в принципе соглашаясь с ним, поблагодарил его в письме —
Король решил не использовать ни один из своих «прожектов» в качестве ответа на действия Брауна. Вместо этого он предпримет наступление, и австрийскому командующему придется плясать под его дудку. Несмотря на огромный перевес сил противника на севере, западе, востоке и юге, пруссаки будут наступать. Они разгромят австрийцев еще до того, как вторгнутся французы или развернут наступление русские.
Фридрих теперь предлагал войти в Богемию, сделать это на широком фронте и очень скоро.
