Фронт и тыл Великой войны полностью

Сообщаю Вашему Высокопревосходительству для сведения, доклада ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ и передачи Начальнику Штаба ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО следующие полученные мною агентурные сведения:

Разрыв дипломатических сношений между Америкой и Германией является следствием секретного их соглашения.

Испытывая необходимость положить конец войне и будучи готова согласиться на существенные уступки, Германия желает, однако, выступления Америки, чтобы прикинуться общей жертвой и оправдаться в своих уступках перед народом. Помимо того, что продовольственно-экономическое положение Империи весьма тяжелое, Правительство особенно тревожит рождающееся и растущее в ненормальных условиях питания и гигиены поколение, угрожающее дегенерацией. Необходимость скорого мира понята немцами после разгрома Румынии, ибо упорство Держав Согласия после этой, по их мнению, катастрофы показало, что никакая военная победа не будет в состоянии принудить нас к миру австрогерманского покроя.

Если заявление в начале депеши должно быть принято с осторожностью, то дальнейшее, тщательно и разносторонне проверенное, вполне соответствует действительности.

Как отмечал историк В. И. Старцев, председатель Государственной Думы М. В. Родзянко «обладая правом испрашивать личную аудиенцию у государя для представления ему всеподданейших докладов… использовал его для изложения требований Прогрессивного блока, для давления на верховную власть». Главным среди этих требований было «правительство доверия», однако Родзянко заодно несколько конкретизировал его. Он призывал заменить премьера И. Л. Горемыкина тем, кому будут доверять и император, и страна. В качестве достойного такой ответственности человека Родзянко, видимо, подразумевал самого себя. Попыток внушить это Николаю II было предпринято несколько:

9 (22) февраля 1916 года, во время посещения императором Думы (царь будто бы обещал подумать над темой «ответственного министерства»);

в ходе доклада в Ставке на исходе июня 1916 года (Николай II вновь ответил, что подумает, а супруге написал: «Родзянко болтал, разумеется, всякую чепуху, но по сравнению с прошлым годом тон его изменился и стал менее самоуверенным»[1875]);

в сентябре 1916-го (согласно мемуарам Родзянко, назначенный министром внутренних дел Протопопов передал ему предложение царя возглавить правительство. Спикер Думы ответил отказом и перечнем условий такого назначения и заявил: «Если государь меня призовёт, я сам всё это ему скажу»);

в ноябре того же года (сперва ряд просьб Родзянко принять его встретили отказ, а затем, когда главой Совета министров стал А. Ф. Трепов, приём состоялся. Николаю II довелось выслушать немало резких слов насчёт Распутина, императрицы и их влияния на политику в стране. Со слов жены Родзянко: «Миша говорил взволнованно, убедительно, горячо, — он всё время молчал, курил и смотрел на свои ногти»[1876]);

7 (20) января 1917 года — после и убийства Распутина, и ссоры с Протопоповым, пригрозившим Родзянко дуэлью, но не приславшим секундантов… Родзянко вспоминал, что якобы даже объявил государю: «Не заставляйте, Ваше величество, чтобы народ выбирал между Вами и благом родины»[1877]. Тот был растерян, обескуражен, на доводы касаемо «тёмных сил» отвечал: «Да ведь теперь их больше нет», и белел как полотно при одном лишь упоминании Александры Фёдоровны. Император и председатель Думы простились спокойно, первый не высказал никаких претензий в ответ на откровенность второго.

Доклад, состоявшийся 10 (23) февраля 1917 года, был последним.

Ваше императорское величество.