Орлову долго аплодировали, а когда ему было предоставлено слово, слушали его с большим вниманием.
О многом рассказал собравшимся Сергей Алексеевич. И о том, как возникла бригада, как зарождался Партизанский край, и о том, как отстаивали его партизаны и население от карательных экспедиций врага, как под носом у немцев было собрано продовольствие для ленинградцев и переправлено через линию фронта. Он говорил о бешеной злобе оккупантов, творящих на советской земле неслыханные злодеяния, и об изумительной твердости советских людей, оказавшихся в оккупированных противником районах, о народном характере партизанского движения, руководстве им со стороны партийных органов.
— Мы находимся вдали от Ленинграда, вдали от обкома партии, но мы никогда не чувствуем себя одинокими или оторванными от больших дел Ленинградской партийной организации, — говорил Орлов. — Мы частица этой организации, работающая в особых, специфических условиях вражеского тыла. И вся наша борьба — часть той великой борьбы, которую ведут сейчас наша партия и народ против фашистских захватчиков. Мы заверяем вас, обком партии, заверяем ленинградцев, что будем бить гитлеровских иродов еще пуще, что наступит час и мы сможем доложить вам: большевики, которым поручено возглавить партизанскую борьбу в юго-восточных районах нашей области, где сражаются с врагом войска Северо-Западного фронта, честно выполнили свой партийный долг, свою святую обязанность перед народом в трудный для него час.
Около 10 дней находилась наша партизанская делегация в осажденном Ленинграде. Мы побывали в воинских частях, на передовой, на кораблях Балтфлота, выступали перед рабочими на заводах. А однажды Никитин свозил нас даже на балет в один из ленинградских театров.
— Балет в блокаде? — высказал общее удивление Орлов.
А когда мы возвращались из театра, заметил:
— Какое же еще нужно доказательство неодолимости духа ленинградцев?
Однако дальнейшее пребывание в Ленинграде нам пришлось прервать. Поступило сообщение, что гитлеровцы начали новую крупную карательную экспедицию против Партизанского края. Мы вылетели в Валдай. Оттуда Орлов с Рачковым улетели в свою бригаду.
Почти полтора месяца готовило гитлеровское командование новый мощный удар по партизанским силам, действовавшим в полосе Северо-Западного фронта. На этот раз вокруг Партизанского края скопилось еще больше фашистских войск. К карательным акциям привлекались 218-я пехотная дивизия, 4-й заградительный полк СС, 16-й карательный отряд, специальное бронетанковое подразделение 3-АА, различные части и подразделения, стянутые от Старой Руссы, Пскова, Дна, Великих Лук, Холма, а также части 8-й танковой дивизии, введенные в бой позднее. По сути, враг двинул против партизан почти весь 39-й армейский корпус. Не оставалось сомнений в замысле противника — навсегда покончить с партизанами в тылу 16-й армии.
Этому должна была способствовать и общая обстановка, сложившаяся на советско-германском фронте к августу 1942 года. Фашисты успешно развивали наступление на Сталинградском направлении и прочно удерживали позиции под Ленинградом и в других местах.
Алексей Алексеевич Тужиков сразу ввел меня в обстановку. Оказалось, что наступление фашистов началось с утра 8 августа, как раз в день нашего прибытия в Ленинград. Проведя интенсивную артиллерийскую и авиационную подготовку, гитлеровцы, во много раз превосходившие партизан в живой силе и боевой технике, хлынули в Партизанский край со всех сторон.
— Враг пытается разобщить бригады, полки и отряды и разбить их поодиночке, — заметил Алексей Алексеевич. — Однако пока это ему не удается. Несмотря на то что противник ввел в бой танковые подразделения, он смог овладеть лишь несколькими населенными пунктами. Правда, гитлеровцы переправились через реку Полисть, но дальше партизаны их не пускают.
Однако через некоторое время обстановка осложнилась. Введенная в бой 8-я танковая дивизия гитлеровцев начала наступление на Партизанский край из района озера Цевло. Оборонявшиеся здесь партизанские отряды под напором превосходящих сил врага вынуждены были отойти. Возобновилось наступление и на других направлениях. Фашистам удалось захватить новый плацдарм на реке Полисть и переправить через нее танки. Партизаны отошли в центр края к Вязовке. Теперь здесь разгорелись наиболее ожесточенные бои. Вязовка и другие населенные пункты по нескольку раз переходили из рук в руки.
По указанию Военного совета фронта партизанам доставили 500 тысяч патронов, но их хватило лишь на три дня. Переброска боеприпасов по воздуху продолжалась.
