— На пенсии было скучно, но у меня имелись проблемы с подключением даже к простейшим внешним нейроинтерфейсам. Нормально пилотировать не мог, ощущал себя слепым инвалидом. Работал инструктором, возил туристов, когда хотелось полетать не без цели… чего только не делал. Смысла бегать по фронтиру с пушкой не видел, а тут объявился Осколок. Как говорится, шансы что поможет были пятьдесят на пятьдесят — или да, или нет. Мне повезло.
Анна усмехнулась и немного смутилась.
— Прости, представила со стороны туристов — пилот возит их на яхте мимо астроидного поля и говорит: «вообще-то я майор МОГ на пенсии, а это так, для души».
Юра улыбнулся и захохотал, ведь сам наверняка понимал, как смотрелся со стороны! Причём это чистая правда! Ему не нужно было возить туристов ради денег, но он скучал по космос. Бесцельно скитаться по внутренним системам слишком скучно, а большего он себе позволить не мог.
И правда очень хорошо, что удалось восстановить повреждённые участки и нейронные связи для установки нейросетки! Я бы и сам на месте Юры лез на стенку.
После того как мы покинули Эгида Прайм, первым делом занялись покупками в итоге оставив Дарью участвовать в аукционе. А сами умотали по полученным координатам к ранее не обнаруженной планете Старших. Увы, саму планету разбомбили в ноль, зато были вакуумные базы и станции. Подавили оборону и занялись вывозом полезностей, помогая Торговцу. С Анной выходило гораздо ловчее. Правда и учёные там побывали.
За это время Дарья купила Небосвод и с оставшейся Марси занялась подбором людей. Как раз нашлись те из бывших наёмников, кто заскучал на отдыхе. Мы вернулись с новыми модулями и вложились в Камуй. Устроили первый рейд по секторам, а потом я вспомнил про старого знакомого. Уточнил проблему Юры, а после предложил АКсИ свои идеи. Не сказать, что они горели желанием снова пускать меня в медотсек Иштара, но с экспериментальным методом восстановления согласились помочь. Захотели только оплату самой нейросети модели Кирин.
У Юры были деньги, а о шансах он особо не думал. Я же заодно занялся своими делами по патенту. Правда, ему пришлось остаться на какое-то время под наблюдением, а мы как раз решили достать Тэнгу. Вышли очень продуктивные почти три месяца.
— Эрик, доверишь продажу экзотики по моим каналам? — спросил Громов, сменив тему. — Шесть процентов и лучшие цены!
— Пять, — я сразу же пожал медвежью лапищу.
— А эту я приберу себе. Восемьдесят тысяч, больше не проси!
Шериф присвистнул, рассмотрев надпись — ничего так коньяк!
— Пятьдесят лет выдержки. Думаешь, настоящий, без ускорения производства?
— Это марка! Их бренду доверяют! В грузе даже антикварный нож ручной работы есть, двадцать второй век. И механические наручные часы из двадцать первого — золотой корпус, ювелирный циферблат с алмазами и сапфирами. Похоже, Пираты ограбили любителя антиквариата и решили оставить заначку.
Это было логично: самые ценные вещи на единицу объёма и массы, которые можно засунуть на склад и не беспокоиться. В общем, экзотику отдали на реализацию Громову, который имел контакты ценителей и аукционистов. Золото и иные ценные ресурсы просто выставили на рынок, через систему аукциона их раскупят. Правда, столь ценные товары да в таком количестве в нашем захолустье брали не слишком быстро.
Техника, которую мы не сочли нужным оставить, тоже отправилась на аукцион. Нанятый распорядитель прямо с этого склада будет отдавать товар. Из трофейных кораблей нам требовался только Скальд, но также решили оставить приличный истребитель класса М, который назвали «Трикстер», и малый буксир. При желании последний сможет перемещать корабли класса С, но медленнее и без прыжков.
И ещё оставили один подбитый «малый корабль сопровождения» — подтип истребителя, который заточен на ближний бой и быстрое уничтожение мелких целей. Очень мощный реактор и много пушек, но без действительно больших калибров. Неплохая манёвренность, однако слабые маршевые и автономность ни к чёрту. Идеальный защитник и поддержка, причём модель современная.
Его мы подбили, но достаточно филигранно, чтобы ремонт не стал нерентабельным. Пока дали назвали «Еретик», чётко понимая, что нет ничего более постоянного, чем временное. Но нам лень было долго думать. Вроде так называлась модель какого-то заградительного эсминца, наподобие Траппера ксеносов.
Мы разговорились уже по пути через коридоры станции в знакомый бар «Мёртвый Ангар»: требовалось немного отдохнуть и познакомиться. Я по пути черкнул сообщение Эмме, которая тут же прислала смайлик с хитрым лицом и ответ: «Будет в лучшем виде».
— Это же сколько у нас теперь кораблей? — задумчиво спросил Шериф. — Включая личные присоединившихся.
— О, такие вещи всегда приятно считать, — улыбнулась Анна. — Три корвета, включая бомбер. Может, продать его? Вроде, не так часто нужен.
— Зато когда нужен, вносит большой вклад, — тут же отказал я. Увы, мест под корветы у нас больше не стало, но обзаводиться авианосцем мы не хотели: его же придётся прикрывать.
