Вечером во дворе больницы зазвучали песни. Сначала тихо, неуверенно, потом всё громче. Старые довоенные песни о любви, о счастье, о мирной жизни.
«Смотрите», — шепнул Сергей коллегам, «происходит самое важное исцеление — люди возвращаются к самим себе».
«А вот ещё история», — тихо начала седая женщина, когда все собрались вечером. «О наших девочках-подростках. Им по тринадцать-четырнадцать было.»
И полился рассказ о том, как местные девчонки, почти дети, стали настоящими героинями. Под видом сбора грибов и ягод они носили в лес раненым партизанам еду и перевязочный материал.
«Мы с бабушкой специально холсты старые кипятили», — вступила в разговор молоденькая медсестра, тогда ещё школьница. «Потом на полоски рвали. А травы целебные сушили будто для чая».
«Помнишь, Машенька», — подхватила другая, «как мы подорожник и ромашку собирали? А ещё кору дуба для настоев. Всё в корзинки, сверху грибочки или ягоды — и в лес».
Еленаслушала, затаив дыхание: «А не страшно было?»
«Страшно», — ответила Маша. «Но когда видели глаза раненых, когда слышали их тихое „спасибо“ — страх отступал. Мы же понимали — от нас жизни зависят».
«Однажды», — продолжила её подруга, «немецкий патруль остановил. Проверяли корзины. А у нас под грибами — бинты самодельные и настои в бутылках. Я тогда молитву читала про себя и улыбалась им. Представляете? Улыбалась — а у самой сердце вот-вот выскочит».
Анна Борисовна достала блокнот:
«А какие травы использовали? Это же настоящий опыт народной медицины».
И полились рецепты — бабушкины, прабабушкины. Как делать настои от воспаления, как останавливать кровь травами, как заживлять раны берёзовым соком.
«Вот ведь что удивительно», — заметил Павел Иванович. «Война страшная, а сколько мудрости народной сохранила. Сколько героизма в самых юных открыла».
Сергей смотрел на этих женщин — и седых, и совсем молоденьких — и думал: вот она, настоящая сила народа. Не сломились, не сдались, сохранили в себе главное — человечность и готовность помогать другим.
На третий день их пребывания в городке произошло то, что Сергей назвал «прорывом души». Женщины организовали большую стирку больничного белья — прямо во дворе, как в мирное время. Развесили простыни на веревках, и больничный двор стал похож на парусник, плывущий к новой жизни.
«Смотрите», — сказала Анна Борисовна, «белые простыни на ветру — как символ очищения. От страха, от боли, от воспоминаний».
Елена собрала все записанные истории:
«Это не просто воспоминания. Это — учебник человечности. Как в самые страшные времена оставаться людьми».
Павел Иванович закончил составлять справочник народных рецептов: «Эти знания спасали жизни во время оккупации. Теперь они должны служить миру».
Вера Николаевна проводила последнее занятие с местными медсестрами: «Помните — лечить нужно не только тело. Доброе слово и улыбка порой сильнее любых лекарств».
Вечером пришел приказ — двигаться дальше. Впереди был крупный город, где требовалась срочная помощь в организации военного госпиталя.
«Знаете», — сказал Сергей на прощание, «мы думали, что приехали лечить людей. А оказалось — они научили нас главному: сила духа творит чудеса».
Когда они уезжали, вслед летели не слезы — песни. Женщины пели «Катюшу», и в этих голосах звучала уже не боль прошлого, а вера в будущее.
А впереди их ждала новая задача — создание современного военного госпиталя, где должны были соединиться фронтовой опыт и последние достижения медицинской науки.
«Вперед», — скомандовал Сергей, и санитарные машины двинулись по весенней дороге, увозя с собой не только медицинские инструменты, но и бесценный опыт народной мудрости и человеческой стойкости.
В областном центре их встретили как долгожданных спасителей. Здание бывшей гимназии предстояло превратить в современный военный госпиталь, где должны были соединиться фронтовой опыт и новейшие медицинские разработки.
«Смотрите», — Сергей развернул чертежи. «Здесь будет операционный блок с новейшим оборудованием. Здесь — отделение реабилитации. А тут — исследовательская лаборатория».
Павел Иванович уже организовывал разгрузку привезенного оборудования: «Представляете, нам прислали новый рентгеновский аппарат. Теперь сможем точнее определять локализацию осколков».
Анна Борисовна развернула свои записи:
«А вот здесь соединим наш фронтовой опыт с довоенными методиками. Я собрала все случаи успешного лечения сложных ранений».
Еленаорганизовала обучение местного персонала:
«Главное — передать весь накопленный опыт. От первичной обработки ран до сложных операций».
Вера Николаевна создавала новую систему ухода за ранеными:
«Теперь у нас есть возможность применить все знания — и научные, и народные методы лечения».
В госпиталь начали прибывать врачи из разных частей фронта — делиться опытом, учиться новому. Начались регулярные консилиумы, где обсуждались самые сложные случаи.
«Знаете», — сказал как-то вечером пожилой профессор из Москвы, приехавший помочь с организацией работы, «вы создаёте не просто госпиталь. Вы создаёте новую школу военной медицины».
