— В чём дело барышни, из-за чего такой шум, очереди вроде нет, никто не рожает?
Он улыбаясь смотрел на разъярённых фурий. Медсестра и секретарша по совместительству начала сбивчиво рассказывать:
— Григорий Матвеевич, эта нахалка рвётся в кабинет без записи, без документов. Толкует про какие-то личные вопросы, а так у нас не полагается, нас учили, что нужно предварительно записываться и вы же требуете, чтобы был порядок и соблюдение очерёдности…
Поселковый врач смотрел сквозь очки прищуренными близорукими глазами на Фросю и по-прежнему улыбался:
— Если я не ошибаюсь, ко мне пожаловала мадам Фрося, с которой я, к сожалению, не имел счастье быть знакомым, ваш… хм, Алесь, в своё время, не нашёл нужным нас представить друг другу, хотя думаю напрасно, очень даже напрасно.
Леночка, душечка, успокойся милая, не бывает правил без исключений, будем считать это исключением, такие женщины зря ко мне не приходят. Будь добра, принеси нам, пожалуйста, чуть попозже чаёк.
И с этими словами, на глазах изумлённой девушки он открыл перед Фросей дверь в свой кабинет:
— Ну, проходите, проходите барышня, присаживайтесь, меня зовут, как вы слышали, Григорий Матвеевич. Что вас привело ко мне, по внешнему виду не скажешь, что плохо себя чувствуете, а здоровые сюда обычно не приходят. Не смущайтесь, поставьте свою котомочку на пол, я слушаю, любопытно, что вас привело ко мне…
Фрося присела на край стула и всмотрелась в доброе лицо поселкового доктора, она поняла, что её бутылка здесь будет не кстати, но ей была необходима информация, и надо было как-то всё же, достучаться до души этого симпатичного человека:
— Григорий Матвеевич, я знаю, что подобную информацию вы не вправе мне дать, но я вас умоляю хоть словечко, хоть пол словечка, мне негде больше выяснить это. Дело в том, что мой… дорогой мне человек недавно покинул эти места и я подозреваю, что причина скоропостижного его отъезда плохое самочувствие, но кроме этих подозрений я ничем не располагаю.
Мне важно, очень важно узнать хоть что-нибудь об этом и если вам хоть что-то известно, очень вас прошу, поделитесь со мной.
Я обязана его отыскать и быть рядом с ним в трудную минуту! Это Семён Вайсвасер, он работал в этих местах заготовителем…
— Ах, вы про Сёму, ну-ну… Да, я не имею права разглашать кому-либо информацию об истории болезни пациента, правда, он, по сути, таковым у меня и не был.
Фрося в отчаянье приложила руки к груди, но не успела даже слова вымолвить.
— Помолчите, помолчите, милая барышня, я постараюсь вам кое в чём помочь. Сёма действительно в последнее время очень плохо себя чувствовал и заходил ко мне за обезболивающим лекарством, но не более того. Я только знаю, что у него ещё с войны остался осколок, находящийся в районе сердца, но все обследования он проходил в Сосновске, вот туда вам и следует обратиться…
Фрося вскочила со стула, схватила руку доктора и стала целовать, произнося слова благодарности:
— Милый доктор, Григорий Матвеевич, вы открыли мне окно в неизвестность, я уже завтра поеду в Сосновск и постараюсь получить хоть какую-то информацию, которая мне поможет его отыскать. Я счастливый человек, на моём пути всегда встречаются только хорошие люди…
— Нет, моя девочка, это ты хорошая, я, как только тебя увидел, сразу же захотел всю душу тебе отдать.
Ты, обязательно отыщешь своего Семёна, я верю в тебя…
Ах, Алесь, Алесь, как же ты был не прав, такую женщину упустить…
Котомочку свою заберите, куда вы так помчались…
— Нет, нет, это доктор вам, простите, но это на удачу, как я вам благодарна…
И за Фросей захлопнулась дверь. Она подскочила к растерянной секретарше, обняла её за шею и расцеловала в обе щёки, и махнув на прощанье рукой, стремительно сбежала с лестницы медпункта.
Тьма несколько рассеялась, надо было срочно двигаться дальше…
Вечером Фрося с Аглаей собрались на совет, а им было, что обговорить и обсудить. Оказывается не всё так просто, рейсовый автобус ходил из посёлка в Сосновск только два раза в неделю и он так медленно тянулся, что сделать два конца в один день на нём не представлялось возможным. Это здесь в Таёжном, Фросе удалось получить достаточно легко информацию от Григория Матвеевича, а Сосновск всё же не их посёлок, там настоящая больница, по всей видимости суровые принципиальные врачи, у которых разузнать о Семёне не представляется лёгким делом. Аглая посоветовала сильно не спешить, а всё продумать досконально, найти нужных людей, подходящий транспорт, и не смотря на нетерпение Фроси, на этом пока всё же порешили.
Уже на следующий день Аглая успешно справилась с поставленными задачами. Через два дня Фрося поедет в Сосновск с новым заготовителем, на бывшем ЗИСе Семёна, с водителем она уже договорилась. Также она позвонила кое-кому в Сосновск и ей пообещали, что окажут Фросе всяческое содействие, естественно за определённую мзду, так, что той надо будет, как следует вооружиться, понятно, спиртным и денежками.
— А дальше подруга, будем смотреть, когда и как рванёшь за Семёном.
