— А это что такое? — скептически поинтересовался Слава, открыв морозилку.
— Фарш куриный. Я его покупаю и по порциям раскладываю. А потом закидываю в пароварку, и получается одна котлета.
— Фу, гадость какая, — поморщившись, он положил комок фарша на блюдце и поставил в микроволновку размораживаться. — Давай помогай. Мой шампульоны и режь им лапы.
Через пятнадцать минут форма с фаршированный грибами отправилась в духовку. В процессе Слава сделал несколько снимков, придирчиво выбирая ракурс.
— В резерв, — пояснил он. — Простенько, скоренько, но не банально. Ты вообще как?
— В смысле? — уточнила я. — Не сожру ли все вместе с формой? Нет. Если б я была фанатом шампиньонов, не держала бы их в холодильнике. И не спрашивай, каждый раз, как я. Если вдруг подопрет, скажу, мы же договорились.
На самом-то деле о сегодняшнем сеансе садо-мазо с яблоком я умолчала. Не хотелось, чтобы он что-то от меня скрывал, лишь бы не расстроить и не спровоцировать приступ. Тут нам необходимо было нащупать какой-то баланс.
Потом мы сидели на диване, смотрели сентиментальный фильм и ели грибы. Промелькнуло что-то смутное — как мы с Паоло уплетали перед телевизором чипсы из огромного пакета. Промелькнуло и улетело прочь от основательного пинка.
— Слав… — не выдержала я. Не потому, что очень хотелось знать, а потому что это повисло, как фраза с многоточием.
— Ты про Лену? — понял он и нахмурился. — По правде, все это было здорово неприятно. И слезы, и крики, какая я скотина, и уговоры ее не бросать.
— Мда… Ну а когда такие вещи бывают приятными? Ты ей сказал, почему?
— Сказал, что вернулся к своей бывшей девушке. Каким-то краешком правда.
— Господи, Слав, — захныкала я. — Ну какая разница, к бывшей девушке, или к новой, или «просто-ты-меня-достала»? Даже когда по взаимному согласию люди расстаются, тот, кто эту идею озвучил, дефолтно будет негодяем.
— Да понимаю я все. И знаю, что поступил правильно. Но все равно смурно. Ты все? Пойду посуду помою, пока реклама.
* Вася Ложкин (Алексей Куделин) — художник, дизайнер и блогер, известный в первую очередь изображением котов, зайцев и алкоголиков
Утром Слава ушел рано. Будить меня не стал, когда проснулась, его уже не было. Завтрака на кухне, к счастью, не обнаружилось. Только сваренное яйцо на блюдце. С нарисованной зеленым маркером забавной рожицей. Если б не оно, я, наверно, вообще засомневалась бы, а не приснилось ли все. Впрочем, были еще розы в вазе. И плюшевое чудовище на полке. И приятная ломота во всем теле.
Кстати, насчет тела…
Ну что, Марина, праздники закончились, добро пожаловать обратно в реальность. Два дня без спорта. Секс, конечно, вполне так кардио, но его одного маловато будет.
Я ненавидела фитнес, утреннюю зарядку и любую физическую активность. Даже бассейн. Мышечная радость? Нет, не слышали. Танцевать, ходить пешком, плавать — да. Но это было, скорее, эмоциональное удовольствие, само по себе тело не радовалось ни капли. Автандил объяснял это тем, что с детства мне вбили в голову: спорт — средство не разжиреть. Ведь нравилось же мне фигурное катание, пока не принесло тренершу, давшую нелестную оценку моей пятой точке. А второй якорь — жуткие воспоминания о фитнесе в Милане. В результате сейчас, когда нагрузки уже не причиняли ни физических, ни душевных мучений, подсознание все равно протестовало, воспринимая их как насилие.
Можно было сколько угодно страдать по поводу того, что обычные для большинства людей радости мне не доступны, но практического смысла в этом не было никакого.
«Ты попала в катастрофу, Мари, прими это и научись с этим жить».
Поэтому каждое утро, когда я просыпалась дома… ну, почти каждое… проходило по жесткому графику, вошедшему в автоматизм. Я вставала, запивала стаканом воды свои обязательные лекарства, чистила зубы, складывала диван, готовила завтрак: яйцо и кашу на воде с орехами и семечками. Белок и медленные углеводы — база для тренировки. Ну а дальше бывало по-разному. Если мне не надо было бегом бежать в офис или на какую-нибудь встречу, либо делала часовую зарядку, либо шла в спортзал, хотя все-таки предпочитала фитнес вечером.
Худеть я больше не собиралась, пятьдесят четыре килограмма при росте сто семьдесят — это и так ниже нормы. Но и поправляться не хотела: мне было комфортно в этом весе, а если б не занималась, сразу начала бы расти. Даже при строгих ограничениях в еде. Все это напоминало Алису в Зазеркалье: чтобы остаться на месте, надо бежать со всех ног.
Впрочем, был еще один немаловажный момент. За тот кошмарный год я угробила не только здоровье, но и внешность. Чтобы выглядеть хотя бы на свой возраст, приходилось тратить на уход уйму времени, усилий и денег. И спорт был одним из средств, чтобы держать мышцы и кожу в тонусе.
