— Где ты остановился? Переезжай к нам, у нас огромные апартаменты, нам троим многовато будет. Ты не помешаешь, — быстро заговорил Эрик, словно Алекс отказывается, а он пытается придумать аргументы, чтобы того уговорить.
— Может, кто-то бы и отказался, а я не стану.
Алекс остановился, дожидаясь, пока Эрик подойдет к нему и встанет рядом, взявшись руками за коляску. Теперь они толкали ее вдвоем.
— Па, этот - тот Алекс? — раздался недоверчивый детский голос.
— Он самый, — ответил Эрик. Взглянул в счастливые восторженные глаза брата и громко рассмеялся: — Он самый!..
Алекс с Эриком сидели на балконе и вглядывались в закатное небо. Они молчали, каждый не знал, как начать разговор. В комнате за колышущейся портьерой на двери тихонько посапывал Эдди. Он никак не мог угомониться, пока няня не пообещал ему, что завтра он с ним обязательно будет плавать в море, но только после купания в грязи.
— Понимаешь, — первым заговорил Эрик.
— Не понимаю и не хочу понимать. Ты сбежал, даже не сказал мне до свидания.
— Я не сбегал, — по-детски надул губы Эрик. — Хотя… Сбежал. Но ты теперь видишь, что я не мог поступить по-иному.
— Мог, — твердо сказал Алекс. — И по большому счету мне глубоко плевать, что у тебя есть сын.
— Сын? — у Эрика округлились глаза. — Ты сказал «сын»?
И он звонко рассмеялся, не заботясь о том, что от спящего Эдди его отделяла только тонкая занавеска.
— Нет, — ответил, просмеявшись, Эрик, — Эдди всего лишь мой брат. Он моя защита и мое проклятие. У нас с ним большая разница в возрасте, его часто принимают за моего сына.
— Брат? — покашлял Алекс и добавил без перехода: — Выходи за меня замуж.
— Не могу, — грустно покачал головой Эрик. — Не могу, — повторил он еще раз.
Алекс опустился перед ним на колени, стараясь заглянуть в глаза.
— Я тебе противен?
— Что ты? — испугался Эрик, что вот сейчас большой и сильный мужчина, о котором он мечтал долгими одинокими ночами поднимется и уйдет. — Я же сказал, что Эдди мое проклятие, точнее проклятие моих родителей. Мне повезло, а ему нет, моим деткам тоже может не повезти. Ведь ты захочешь деток? Не так ли?
— Так, — согласился с ним Алекс. — Скажу больше, я безумно хочу иметь от тебя маленького Эрика. Это какое-то безумие — я сплю и вижу, как качаю его на руках. Просыпаюсь, а в руках всего лишь подушка.
— Мне тоже снится такое, — Эрик всхлипнул. — Алекс, ты единственный мужчина от которого мне безумно захотелось родить. Но я боюсь.
— Чего? — не понял его тот.
— Что он родится больной, как Эдди. Или еще хуже. У меня плохая наследственность. Мои родители близкие родственники.
Алекс помолчал, а потом спросил: — Тебе повезло?
— Повезло, — снова всхлипнул Эрик. Он уже совершенно не скрывал своих слез.
Алекс вынул носовой платок из кармана рубашки и вытер тому сначала глаза, потом нос.
— Вот и нашему малышу повезет — у него будет двое любящих заботливых родителей. И предлагаю не откладывать этот вопрос в долгий ящик, а заняться им вплотную в самое ближайшее время.
Мужчина взглянул на часы.
— Прямо с завтрашнего дня.
— Завтра наступит ровно через одну минуту, — хихикнул Эрик, перестав всхлипывать.
— Вот и я об этом же.
Алекс подхватил своего омегу на руки и понес в спальню — ведь ровно через минуту у них начнется совсем другая жизнь, полная любви, нежности и ласки.
— А я думал, что у всех альф функция «любить» сломана, — прошептал Эрик, доверчиво опуская голову на плечо Алекса.
