– Мы не пройдем следующую милю, пока ты не узнаешь, каковы наши цели? Что-то в таком роде?
Бернард фыркнул:
– Мы не сделаем ни одного шага, принцепс.
Гай поморщился и переместил ногу в более удобное положение.
– Все так плохо?
Бернард также подошел к Гаю, опустился на колени и отбросил слой палой листвы, устилавшей землю, под которой лежали несколько бело-розовых кристаллов. Он бросил их в котелок и принялся размешивать в воде.
– Без использования магии воды? Потенциально это может быть очень опасно, правитель.
Гай презрительно фыркнул:
– Я был бы полнейшим глупцом, если бы пригласил с собой опытного лесника только для того, чтобы игнорировать его советы.
Уголок рта Бернарда дернулся.
– Я этого не говорил, принцепс.
Гай блеснул белыми зубами:
– Ну, не на словах, верно? – Он посмотрел на свои голые, испачканные кровью ноги. – Ты рекомендуешь мне вылечить ноги при помощи магии.
– Или полететь к тому, кто способен это сделать, – сказал Бернард.
– А каковы мои шансы, если я этого не сделаю?
– Если мы успели предотвратить заражение, я бы и сам мог справиться с проблемой. Но, если уже слишком поздно… – Он пожал плечами. – Вы заболеете, у вас начнется лихорадка, потом вы умрете. В лучшем случае мы можем надеяться, что вы сумеете исцелиться самостоятельно до того, как лихорадка сделает ваше состояние необратимым.
– Но это решение поставит под удар нашу миссию, – спокойно сказал Гай. – Значит, этот вариант неприемлем.
– Принцепс, – сказала Амара. – Ваша преждевременная смерть будет не менее неприемлемой.
Первый консул посмотрел на нее:
– Преждевременная? Да. Но в данный момент она представляется неминуемой. – Он пошевелил пальцами одной ноги и поморщился. – Впрочем, пока мы не видим заражения. Значит, нам следует сохранять позитивное отношение к происходящему и идти дальше.
– Это очень серьезный риск, правитель, – сказал Бернард, и в его голосе не было ни капли угодливости. – Что может быть настолько важным, чтобы поставить под угрозу вашу жизнь и судьбу Алеры?
Гай нахмурился, посмотрел на Бернарда и склонил голову набок:
– Что ж, на доске для игры в лудус возникло любопытное повторение ходов. Доминус, обладающий бóльшим могуществом, чем курсор и Первый консул. Я не могу помешать тебе, не раскрыв себя, и я совсем не уверен, что это сможет сделать Амара.
Бернард кивнул:
– Я держу вас за яйца, правитель.
Гай оперся на локти и коротко рассмеялся:
– Да, так кажется. Ладно. Мы поговорим о моей цели, а потом двинемся дальше так быстро, как только сможем.
Бернард нахмурился.
– Я ничего не могу обещать.
– Но так и будет, – сказал Гай, и в его глазах появился холод. – Это необходимо, граф. И будет сделано. – Он заговорил тише: – И хотя сейчас ты очень силен, я прошу тебя не испытывать мое терпение.
Руки Бернарда застыли, потом он смял какую-то траву и бросил ее в соленую воду. Пожалуй, это стало единственным проявлением его тревоги.
– Могу лишь обещать, что буду действовать в соответствии со своей совестью.
– Договорились, – ответил Гай. При помощи Бернарда он уселся на походный стул и опустил израненные ноги в котелок. Гай зашипел от боли и вздрогнул, но уже в следующее мгновение его дыхание успокоилось. Через секунду он открыл глаза, и Амара вложила ему в руку кружку с горьким чаем из ивовой коры. Он благодарно кивнул.
– На самом деле все это связано с твоим последним визитом в Калар.
Амара приподняла бровь:
– В каком смысле? Уверена, не в смысле знакомства с территорией. Мы тогда прошли всего несколько миль по земле.
– Те же побуждения, – сказал Первый консул. – Ты помнишь необходимость вернуть госпожу Пласиду целой и невредимой?
Амара кивнула:
– В ее землях есть несколько опасных фурий, которых она контролирует. Если она умрет, они набросятся на ее людей.
– Совершенно верно, – сказал Гай. – И Калар, которого никак нельзя упрекнуть за отсутствие амбиций, сделал нечто столь же виртуозное и безумное – он сознательно вызвал фурий огромного могущества и привязал их к своей воле таким же образом.
Амара тяжело вздохнула:
– Он надеется сохранить свою жизнь?
– Вовсе нет, – рассудительно ответил Гай. – Он слишком горд, чтобы пережить заключение, и знает, что мы возьмем под контроль фурий, как только его уведут с этих земель и у нас появится время. Его цель значительно проще, графиня. Он надеется увлечь за собой в подземный мир как можно больше жизней – желательно вместе с моей.
Бернард почесал бороду и нахмурился:
– Принцепс… о какого рода фуриях вы говорите?
Гай втянул в себя воздух:
– Об одной из великих фурий, граф.
Амара помрачнела:
– Великие фурии… что… я хотела сказать, неужели они существуют?..
На губах Гая появилась ироническая улыбка.
– Ты думаешь, что мы ими клянемся просто так? Нет. Великие фурии существуют. Дюжина или около того, насколько мне известно. Это столь древние и огромные существа, что все наше существование в этом мире, тысячи лет роста и борьбы для них лишь едва заметный миг.
Бернард заметно помрачнел, взял чистую тряпицу и принялся осторожно вытирать ноги Первого консула.
– И Калар способен контролировать одну из великих фурий?
