Наполеонов велел оперативникам опросить свидетелей под протокол. Конечно, у него имелся рассказ Мирославы, но его, как выразился следователь, к делу не пришьешь.
Дед Тимофей был дома. Он сидел распаренный после бани и с удовольствием пил чай. Гости были незамедлительно приглашены к столу.
Аветик тихо прошептал Волгиной:
– Еще чая я не выдержу, описаюсь.
Она улыбнулась и так же тихо ответила:
– А ты не пей, только пригуби.
Деду Мирослава вручила бутылку армянского коньяка. Он хотел было сразу ее открыть, но Ринат твердо заявил, что они при исполнении.
– А ежели самогона? – спросил дед. – Хороший, чистый, как слеза младенца.
– Ни-ни.
Дед тяжело вздохнул и согласился пересказать все, что рассказал детективу, под протокол. Ничего нового они не узнали. Как ни старался Ринат уговорить деда припомнить еще хоть что-то о таинственном некто, Тимофей Иванович только разводил руками.
– А от этого типа пахло духами? – неожиданно спросил Армен.
– Чем-то пахло, – ответил дед, – но не могу утверждать, что это духи. Вон племянник мой Никита живет в городе с родителями, так от него чем только не пахнет. Я его спрашиваю, Никитка, ты чего благоухаешь, как девка? А он мне говорит – ты, дед, темный! Это крем для бритья, мужской, а еще он пользуется этим, забыл, как его. – Дед почесал лоб.
– Дезодорант, – подсказал Ринат.
– Вот он самый и еще вода из мужского туалета.
Оперативники расхохотались.
– Наверное, туалетная вода? – предположила Мирослава.
– А в чем разница? – спросил дед.
– Вода в туалете бесплатная, – просветил Аветик, – и ничем не пахнет, а туалетная вода как бы из Франции, имеет различные ароматы и стоит немало денег.
– Вон оно что. А я до сих пор только «Тройным одеколоном» пользуюсь. Свояк вот, тот «Шипр» предпочитает.
– А еще вам никакие запахи не показались знакомыми, например сигарет? – спросил Ринат.
– Не уверен, – дед задумался, – вроде мятой пахло…
– Это могла быть жвачка…
– Жаль, что мы не нашли ее.
– А еще это могли быть сигареты с ментолом, но окурков таких тоже не было…
– Оно не курило и не жевало, – сказал дед.
– Оно?
– Ну, то, что бросилось мне навстречу.
– Спасибо вам большое.
– Вы уже уходите? – разочарованно протянул Трофим Иванович. – Посидели бы, поговорили…
– Спасибо, в другой раз.
– Черта лысого вы приедете в другой раз, – нахмурился дед.
– На свете все возможно, – вселили в него надежду оперативники и покинули аккуратный зеленый домик.
На улице стояла замечательная погода, не жаркая и не прохладная, что случалось не так уж часто в этих краях. С лугов тянуло медовым ароматом зацветающего разнотравья, вдалеке виднелся лес, река лежала синей лентой на линии горизонта и почти сливалась с ней.
– Эх, – вздохнул Ринат, – сейчас бы удочку и на речку.
– Не знал, что ты рыбак, – обронил Аветик.
– Я любитель, – улыбнулся Ринат, – а вернее, мечтатель, так как уже и не помню, когда сидел на берегу речки с удочкой, разве что только в детстве у бабушки.
– Ну и ладно, – успокоил его Аветик, – мы ловим другую рыбу.
– Несъедобную.
– А съедобная в любом магазине и на рынке тебя дожидается.
– Кто бы купил и приготовил…
– Ладно, не страдайте, выдастся свободный выходной, приезжайте к нам, Морис часто в саду на решетке такую вкуснятину из рыбы готовит, – успокоила Мирослава.
– Ой, не терзай мою душу! Я сейчас слюной изойду.
Доехав до дома Мирославы, оперативники хотели сразу ехать к следователю, но Морис Миндаугас оказался намного настойчивее деда Тимофея, и они остались обедать. К удивлению и радости оперативников, на столе была семга с овощами, пирог с угрем и фруктовый десерт.
– Ты чего не сказала, что у вас сегодня рыбный день? – прошипел на ухо Мирославе Ринат.
– Так я сама не знала.
– В смысле?
– В смысле, что Морис не говорит, что он собирается сегодня готовить. Что приготовит, то и едим.
– Кто ест? – спросил Аветик.
– Морис, я и Дон.
– И еще следователь Александр Романович Наполеонов, – съязвил Ринат.
– Он не каждый день…
Когда сытые и умиротворенные оперативники уехали, Морис поинтересовался, как дела, и Мирослава коротко пересказала, что и как.
– Хорошо, что вещдоки ветер не унес.
– Сама боялась.
– А что вы думаете про мятный запах, о котором упомянул старик?
– Это могла быть мятная резинка или сигареты с ментолом. Но Иваныч уверен, что некто не жевал и не курил. Все это она или он мог делать до встречи с дедом.
– А дезодорант мог так пахнуть?
– В принципе да. Но мне такой неизвестен… А тебе?
Он покачал головой.
– Но можно еще глянуть в интернете…
– Глянь.
– Вокруг вы, конечно, все тщательно осмотрели…
– И не раз, – подтвердила она.
Поздно вечером позвонил Шура и сказал, что пробили номер серого «Опеля». Он назвал ей имя, отчество и фамилию человека, на которого он зарегистрирован, его домашний адрес и номер домашнего телефона.
Владельцем «Опеля» значился некто Свояков Петр Евгеньевич.
– Не знаешь, чем он занимается? – поинтересовалась Мирослава.
– Твой коллега, – хмыкнул в трубку Наполеонов.
– Шутишь?!
– Нет, съезди сама и посмотри.
– А по какому адресу находится агентство?
– В этом же доме, где живет. Он снимает полуподвальный офис.
Мирослава тихо присвистнула.
