Мафарка с распростертыми объятиями, глядя на сына, слушал музыку. Луна, точно соловей с перламутровым оперением, прыгала по легким тучам, и пела со сладкими переливами и руладами голубых жалоб. А под ней, море в большом заливе, казалось, состояло из неизмеримого леса, деревья которого были одной высоты.
Это была фантастическая мостовая, образованная из ветвей, вздрагивавших от беглых взглядов ветерка!.. Можно было догадаться, что она полна птиц, поющих хором, соперничавших в легкости и в веселии; их музыкальные лапки мелодично бегали сверху вниз по звучным ступеням безмолвия.
– О, сын мой! – воскликнул Мафарка. – Ты могуч и прекрасен!.. Я благодарю мою священную Гордость, потому что моя рука не отступила перед выполнением поставленной задачи!.. Я боялся, что не сумею придать своему лицу черты идеальной гармонии. Я задыхался от волнения, смотря тебе в лицо, и кончил тем, что стал сомневаться в моем творении!.. Я смог нарисовать твои широко рассеченные ресницы, твой прямой нос, широкие и проворные ноздри, твои толстые и дерзкие губы и ширину твоих челюстей. Наконец, я сумел построить твои огромные крылья цвета охры и ржавчины, могущие укрыть сто воинов!.. Ты, без сомнения, прекраснее, чем что бы то ни было на свете!.. Ты одним великолепием тела только что успокоил, и усмирил ярость моря, и обратил в бегство этот торф грязных и липких облаков!.. Посмотри на луну, как она опьяняется, глядя на тебя, в то же время распевая в хрупких ветвях облаков во весь свой сверкающий голос, струящийся серебристым каскадом!..
«Ты будешь питаться змеями, потому что они содержат ферменты очень продолжительной жизни!.. Ты будешь питаться водными гидрами, потому что их тело обладает удивительной способностью воспроизводиться!.. Газурмах! Вот ты и непобедим!.. Ты не будешь знать неизлечимых ран и ты находишься в безопасности от козней, потому что я избавил тебя от темной болезни полного сна!.. Газурмах! У твоего разума нет упрощенных и грубых лепестков, которые запутывают капустные листья и тупоумные мозги!.. Так что сон никогда не сможет всецело овладеть тобою!.. Он придет и дрожащими бархатными пальцами закроет дверь твоего высшего духа. Он скользнет в твою голову тихими, однообразными, размерными шагами!.. Его ласковые, светящиеся руки, звучащие, как арфы, потушат один за другим огни твоей ясновидящей воли. Но он внезапно заблудится в лабиринте твоего черепа и остановится, задыхаясь, слишком слабый для того, чтобы двинуться дальше, и удовольствуется тем, что распространит свое дыхание вокруг изолированных очагов твоей мысли. Об эту невидимую преграду будут толкаться голоса, свет и воспоминания!.. Так легкий туман, родившийся с первыми проблесками дня, покрывает равнину, прячет луч выходящего солнца и подбивает ватой колокольчики стад!..
«Твои мускулы не ослабнут! Ты не упадешь, как сидящие люди, которые вдруг засыпают. Я достроил твои руки так, что они могут действовать автоматически, как руки обезьян-тихоходов и лапы рукокрылых летучих мышей, которые все крепче цепляются за ветку по мере того, как их охватывает сон. Чем крепче ты заснешь, тем точнее ты будешь отвечать на внезапные предательские перемены ветра ударами крыльев, о герой без сна!..
«Ты познаешь таким образом новое сладострастье, которое я изобрел для тебя; сладострастье довести до восхитительной судороги наслаждение всего твоего тела, когда оно погружается в сон. Ты сможешь размерять по своему желанию это наслаждение мускульной усталости и ты всегда, днем и ночью, будешь защищен своим сознанием!
«Этим будут удвоены твоя жизнь и твоя завоевательная сила. Ты не будешь делать вид, что ежевечерно умираешь, а твое тело, не ведающее ежедневной идеи смерти, не будет стариться! При заходе солнца ты почувствуешь, что твои руки медленно цепенеют. Тогда ты приспособишь твою волю в каждом из твоих членов так, в такой последовательности, что они будут передавать друг другу бодрствующее сознание, как воины, которые передают друг другу грозное оружие по мере того, как одни сменяют других для караула.
«Я так хорошо построил кулуары твоих вен, что сон будет скользить под сводами мускулов, начиная с левой ноги, пытаясь охватить затем бедра, грудь и голову. И голова немедленно заселится пестрыми сновидениями, но сон не сможет сесть на твоем лбу, высоком плоскогорье твоей жизни. Он только пройдет мимо, этот демонстратор картин, этот странствующий рассказчик, этот гадальщик, Сон, этот хищник с бархатистыми шагами, этот бессвязный бенджоист! Он тотчас же вернется по правой стороне твоего тела к твоей правой ноге, где побежденный, заснет до завтра…
