Пётр Иванович рванул прочь из здания автовокзала вслед за Синицыным. Кораблинский только тормозил движение, но они его не бросили, а тянули за собой.
— У меня машина, — пропыхтел на бегу Серёгин. — Туда! — и показал на дверь, через которую длинной вереницей ползли на улицу любители моря и солнца.
— Стоять! — вопили на весь обширный зал липовые милиционеры и, кажется, преследовали.
Слыша их топот, Пётр Иванович прибавил ходу, растолкал медлительных туристов и прорвался под палящее солнце. Новенькая «Деу» ждала их, и Серёгин, проворно распахнув дверцу, при помощи Синицына затолкал Грибка на заднее сиденье. Синицын запрыгнул туда же и устроился рядом с Грибком, а Пётр Иванович втиснулся за руль. Заметив в зеркало заднего вида, как два липовых милиционера выпростались из здания автовокзала и направились к стоящей неподалёку патрульной машине, Серёгин вдавил в пол педаль газа и сорвался с места, как резвый спринтер. Сейчас было самое время звонить Недобежкину, но Серёгин не мог достать телефон. Из-под колёс, роняя рюкзаки и баулы, выскакивали перепуганные люди, выстроившиеся в ряды автобусы недовольно гудели клаксонами, а Пётр Иванович орудовал рулём, с ювелирной точностью избегая лобового столкновения и с теми и с другими. Патрульная машина липовых милиционеров прочно уселась на хвост, протаранила одно такси и, свистя тормозами, скакала следом. Пётр Иванович заставил свою новую машину выскочить на газон, врубиться в кусты живой изгороди и таким образом выскочить с переполненной людьми и машинами территории автовокзала на шоссе. Погоня и не думала отставать — патрульная машина скачками приближалась, гремела бешеной сиреной, пускала из-под колёс столбы пыли. Убегая от неё, Пётр Иванович даже почувствовал себя угонщиком — так настырно преследовали его эти ненастоящие менты.
Недобежкин, Ежонков и Смирнянский сидели в своих «Жигулях» и ждали, когда же Серёгин подаст им знак действовать. Знака всё не было, и Недобежкин начинал переживать о том, уж не похитили ли Серёгина «верхнелягушинские черти»?? Когда гудящий гвалт автовокзала распорол пронзительный вой сирены — ёрзавший на нервах милицейский начальник и вовсе вспрыгнул в воздух.
— Не копошись, Ва… — начал было Смирнянский, и в тот же миг из-за поворота показалась машина Серёгина.
— Вон он! — пискнул сидевший за рулём Ежонков, видя, как серебристая «Деу» на всех парах помчалась куда-то прочь с автовокзала, а за ней — рассекая пыль и другие автомобили, поскакала по встречной полосе милицейская машина.
— У него неприятности? — сонно осведомился Ежонков.
— По газам! — напустился на него Смирнянский. — Чего расселся, как ёжик в тумане??!
— Я на личности не переходил, — обиженно прохныкал Ежонков и не спеша нажал на педаль газа.
— Шевелись! — напёр Недобежкин.
— Да, сейчас! — Ежонков пытался завести мотор, но старенькие «Жигули» наотрез отказывались куда-либо ехать.
Хрипатый моторчик кашлял, плевался сизыми облаками выхлопов, скрежетал, но заводиться и не думал.
— Чёрт! — буркнул Ежонков. — Не поедем…
— Олух! — рыкнул Смирнянский, выбравшись из душного салона. — И кондиционера у тебя нету!.. Васёк! Реквизируем тачку! У тебя ментовская ксива с собой??
— Имеется, — согласился милицейский начальник. Выскочив из заглохших «Жигулей», он направился к первому попавшемуся такси.
На автовокзале уже образовалась свалка. Люди, напуганные внезапным появлением «полицейского и вора», галдели, убегали, падали… Недобежкин едва преодолел всех, кто попался ему под ноги и добрался до красной «Шкоды», где дремал упитанный таксист.
— Милиция! — разбудил его Недобежкин, ткнув в нос раскрытое удостоверение.
— Шо? — подпрыгнул от неожиданности розовощёкий водитель, уронив на пол журнал кроссвордов.
— Милиция! — повторил, багровея от жары и злости Недобежкин. — Нам нужна ваша машина!
Дожидаясь, пока таксист сообразит, в чём дело и выползет из кабины, милицейский начальник рычал, сучил ногами и стискивал кулаки.
— Напугай тюрьмой, что ли? — посоветовал Смирнянский, видя, как медленно думает этот таксист.
— Чур, я за руль! — это приполз из своих «Жигулей» Ежонков.
— Без тебя обойдёмся! — отпихнув таксиста от «Шкоды», Недобежкин забился в кабину и завёл мотор. Смирнянский едва успел вскочить на заднее сиденье, как красная «Шкода» с надписью «Такси +» махнула с места в карьер, обдав оставшегося на автовокзале Ежонкова облаком пыли и выхлопов.
По совету Синицына Пётр Иванович соскочил с дороги и петлял теперь по неким узким дворикам, как заяц, который запутывает лисицу. Лжемилиция пыталась прострелить им колёса, но Серёгин так умело вилял, что пули врезались лишь в асфальт. Свернув в очередной тихий и захолустный дворик, Пётр Иванович обнаружил, что погоня отстала. Ни воя сирены, ни скрипа тормозов, ни выстрелов… Только птички с дерева на дерево перепархивают.
Серёгин уже решил перевести дух и узнать у Синицына, почему они на него так насыпались, как вдруг откуда ни возьмись, прямо перед носом их «Деу» выскочила запылённая, местами битая патрульная машина.
— Чёрт! — перепугался Серёгин и инстинктивно нажал на газ.
