– Ты узнала об узах Непреложной печати, – поспешно сказал он, когда остановился перед колоннами и внимательно огляделся по сторонам. Потом, не дав мне вставить ни слова, тут же продолжил: – Послушай, я не думаю, что ты оказалась здесь из-за уз. Правда, я могу судить только по себе, потому что больше ни у кого ничего подобного не видел, – сурово сказал он. – Но нам все равно нужно найти того, с кем ты связана. Мы должны его найти, если хочешь выжить. Возможно, ты играешь важную роль во всем этом.
У меня перехватило дыхание.
– Что ты имеешь в виду?
– Я слышал, как кричала Кристал, – ответил Ибрагим, не сводя с меня взгляда светло-карих глаз. – Кристал впервые так себя вела с кем-то. Она как будто узнала тебя. Разве ты не видела, как она боролась? Ей даже стало наплевать на Эфкена.
– Ибрагим, ты что-то знаешь?
– Я хочу знать, – настаивал он, и я видела в его глазах, что он не меньше меня хотел получить ответы. – Я здесь уже три года, знаю, что тут нет ничего нормального, но отныне я хочу знать все. Мне был двадцать один год, прямо как тебе, когда я попал сюда. Я умирал из-за этих чертовых уз Непреложной печати, прямо как ты. Есть что-то, чего мы не знаем.
– Какого черта ты здесь делаешь? – раздался жесткий голос Эфкена, и мое тело напряглось. Я замерла и с нескрываемый ужасом посмотрела на него, когда он появился из-за спины Ибрагима.
Ибрагим с ухмылкой повернулся к нему.
– Я пленник эмоций, и без тебя меня повергла болезнь. Моя жизнь пропиталась кровью, и без тебя мне просто не выжить. – Он раскинул руки в обе стороны и покачал головой. – А потом я узнал, что ты покинул наши края, – он окинул меня враждебным взглядом, – и на последнюю встречу ты позвал ее, а не меня. – Ибрагим снова повернулся к Эфкену. – Ты больше мне не друг, а просто тот, кем я дорожил…
Ибрагим тяжело сглотнул и медленно усмехнулся, но его улыбка выглядела так забавно, что я тут же отвела глаза, опасаясь рассмеяться.
– Я спросил, почему ты здесь, и не намерен слушать твой бред, – сказал Эфкен, угрожающе глядя на Ибрагима. Его голос был подобен Азраилу.
Ибрагим сделал шаг назад и попытался выпрямиться.
– Конечно, когда ты злишься, мое сердце хочет вырваться из груди и упасть вниз, чтобы ты пнул его как футбольный мяч, но… – Он поднял глаза и серьезно посмотрел на Эфкена. – Дело в девушке. Она может умереть.
– Слушай, на сегодня мне уже достаточно проблем с танцовщицей-наркоманкой, и если ты думаешь, что я буду еще и с тобой нянчиться, то ошибаешься, – произнес Эфкен, но как только он услышал слово «умереть», его смуглая кожа побелела. Я просто стояла там и слушала, как они говорят о моей смерти, как о чем-то обыденном, и у меня по телу бежали мурашки. Я продолжала наблюдать за ними, прислонившись спиной к холодной колонне. – Хватит забивать ей голову всякой ерундой. Если бы связь существовала, я бы знал, понял, что ее тянет к кому-то другому… – Последнее слово заставило его замолчать, а потом из него вырвался злобный нечленораздельный рык. – Как бы то ни было, я бы знал.
– Кристал не наркоманка. Ты хоть раз видел, чтобы она страдала ерундой? – сурово спросил Ибрагим. – Что ты не хочешь принять, Эфкен? На кону жизнь девушки. Если человек, с которым она связана, исчезнет, то ее тело ослабнет, и тогда она может умереть. Ты осознаешь всю серьезность ситуации? Мы должны что-то сделать.
– Сначала сбавь тон. – Эфкен шагнул ближе, и хотя грудь Ибрагима тяжело вздымалась от страха, он не отрывал взгляда от него. Эфкен обхватил горло Ибрагима смуглыми пальцами, похожими на когти, и сдавил с такой силой, что кровь мигом отхлынула с шеи и кожа побледнела. – Думаешь, я не смогу убить тебя? Я мог сделать это еще в нашу первую встречу, – сказал он с каким-то подобием жалости. – Ты не стоишь и слезинки моей сестры, если ты еще дышишь. Ради одной-единственной капли.
– Я готов отдать жизнь за эту каплю, лишь бы она никогда не пролилась, – бесстрашно ответил Ибрагим. – Теперь ты должен выслушать меня. Я живу с этими узами уже три года, и другого такого примера ты не найдешь. Если хочешь, чтобы эта девушка выжила, то я тебе нужен.
– Хочу ли я, чтобы она выжила? Почему я должен хотеть этого? – язвительно спросил Эфкен, хотя в его глазах полыхал гнев.
– Потому что я вижу, что ты этого хочешь, – сказал Ибрагим, вызывающе глядя на Эфкена, несмотря на сомкнувшиеся на его шее пальцы. – Ты хочешь ее.
Мое сердце бешено заколотилось.
– Заткнись.
– Я говорю правду. Даже если ты убьешь меня, это не изменит того факта, что ты хочешь эту девушку. Так что давай, сжимай мое горло, дорогой.
– Не искушай меня, – прорычал Эфкен. Я увидела, как Ярен с огромной скоростью мчится вниз по лестнице, но потом снова перевела взгляд на Эфкена. – Иначе даже целого колодца из слез моей сестры не хватит, чтобы сохранить тебе жизнь.
– Если хочешь, чтобы она жила, тебе не то что колодец – целую бездну придется заполнить слезами.
– Я убью тебя.
