– Я знаю, что ты не убьешь меня, Эфкен. Ты не причинишь Ярен такую боль. Но сейчас я тебе нужен, и на этот раз ты не убьешь меня ради себя самого. – Эфкен сильнее сдавил его горло, и я резко схватила его за руку, чтобы остановить. Ибрагим улыбался, хоть и начал уже задыхаться. – Впервые в жизни, да, впервые ты хочешь, чтобы девушка была
– Да плевать мне на нее, – прорычал Эфкен, толкнув Ибрагима в колонну, к которой я прижималась, а затем повернулся ко мне, тяжело дыша от злости. Он выглядел так, как будто хочет мне что-то сказать, но почему-то сдерживался. Когда наши взгляды встретились, подбежала Ярен и стала поднимать Ибрагима. Толпа начала медленно расходиться.
– Хватит вести себя как бездушное чудовище, – закричала Ярен, обнимая Ибрагима. – Ибрагим не враг тебе, как остальные! У тебя могут быть тысячи врагов, но мы тебе не враги, аби.
Я смотрела в бездонные синие глаза Эфкена, пытаясь отыскать хоть что-нибудь в их глубине. Что-то такое, за что я могла бы зацепиться, быть может, что-то такое, ради чего я готова была бы в них утонуть… Хотя гнев еще не уступил место спокойствию, он казался мне более понятным, чем раньше. Возможно ли, что слова Ярен задели его? Или ему действительно было плевать? Его глаза будто заволокло туманом, который скрывал от меня его настоящие эмоции. Внезапно он развернулся и начал пробираться сквозь толпу, расталкивая людей руками. Он прошел мимо меня и направился к выходу из клуба. Бросив короткий взгляд на Ярен и Ибрагима, я быстро посмотрела на каменную лестницу, и мои ноги сами собой понесли меня вперед. Я побежала вслед за ним.
Когда я только начала подниматься по каменным ступеням, Эфкен уже стоял наверху, прямо перед большими железными дверями. Поскольку у меня не было с собой верхней одежды, первое, что я почувствовала, как только вышла на улицу, – это холод от лежащего в этой части города снега. Я проскочила через охранников и последовала за высоким мужчиной, который быстро двигался по узкому темному переулку. Железные решетки вбирали в себя воду, в которую превращался снег, и звук капель разносился по всей улице. Эфкен некоторое время сердито шагал вперед, а я следовала прямо за ним. Когда он наконец остановился под уличным фонарем, оранжевый свет осветил его темные волосы, которые стали напоминать адское пламя. Я стояла позади него, не говоря ни слова. Между нами оставалось не больше шести метров, но казалось, что нас разделяет целая пропасть.
Такое иногда случается. Как бы близко вы ни находились, между вами пролегает пропасть.
– Я знаю, что тебе на меня наплевать, – прошептала я, надеясь, что это как-то успокоит его гнев. Он выглядел так, словно обезумел от злости. Я некоторое время ждала, но никакого ответа не последовало. Видимо, он не хотел говорить. Глубоко вздохнув, я сделала шаг к нему, но он поднял руку, давая мне знак остановиться.
– Медуза, – задыхался он. – Тебе лучше не подходить ко мне.
– Почему?
– Потому что я сражаюсь с самим собой и не хочу, чтобы ты присоединилась к этой войне. Не позволяй мне сражаться еще и с тобой.
– Тебе не нужно сражаться со мной.
– Но мне нужно, – сурово сказал он. Я замерла, уставившись на его крепкую шею и широкие плечи, которые то поднимались, то опадали в такт дыханию. Моя кожа заледенела. Скрываясь среди красноватых облаков, мерцала заиндевевшая полная луна, а с неба медленно падали снежинки. – Я чувствую, что должен бороться с тобой.
– Не скажешь мне почему?
– Просто возвращайся к остальным, – сказал он.
– А ты?
– Я возьму себя в руки и приду, но если вернусь сейчас, то найду Ибрагима и действительно убью его. – Меня в очередной раз поразило то, насколько обыденными для него были разговоры о чьем-то убийстве. Он будто вложил смерть в наконечник стрелы и пустил ее в меня.
– Ты неважно выглядишь, – сказала я, не в силах сдержать себя. – Может, тебе станет лучше, если мы прогуляемся? Разговаривать необязательно.
– Ты хочешь прогуляться со мной? – В его голосе послышалось удивление. Когда он посмотрел на меня через плечо, я увидела только половину его лица, другая же скрывалась в полной темноте. Оранжевый свет уличного фонаря освещал лишь его волосы. – Ты хочешь умереть? Разве не ты говорила, что от меня можно ждать чего угодно?
– Я сказала это в гневе, и я не говорила, что от тебя можно ждать чего угодно.
Он ничего не ответил.
Я немного постояла на месте, а когда наконец поняла, что он действительно не хочет никого видеть рядом, медленно повернулась к нему спиной и пошла назад. Я не знала, приспособлю ли мое тело к морозной погоде, но мне было не так холодно, как я думала вначале. Тем не менее я обхватила себя руками и стала растирать плечи, пытаясь согреться.
– Подожди, – просто сказал он.
Я повернула голову. Он по-прежнему стоял ко мне спиной, засунув руки в карманы черных брюк.
– Да?
– Ты думала, что твоя бабушка специально отправила тебя сюда и тем самым предала тебя, не так ли?
