Эктор уже более или менее хорошо изъясняется на могавском, не совершенно, но ему и не нужно блистать риторикой могавских старейшин. Лодками он занимается совместно с тремя мастерами из рода, и у них что-то получается. По его проекту должен получиться баркас, теоретически способный выходить в океан, хотя реалистичным считалось только каботажное плавание. Сейчас под гнётом, для достижения нужного изгиба, сушатся будущие фрагменты корпуса судна, Питер в этом совершенно не разбирался, поэтому доверился профессионализму испанца. Пять лет на флоте обучили его тонкостям ремонта корабля в морских условиях, особенностям смоления обшивки, несколько раз во время плавания им пришлось самостоятельно добывать смолу на территории Флориды, поэтому он мог считаться компетентным в этом вопросе.
Эктору уже подобрали невесту и женили два месяца назад. Всем родом построили ещё один длинный дом, теперь на холме стоит квадрат из смотрящих друг на друга длинных домов. В новом доме выделили ему самую большую комнату. Жену любит, работа нравится. Он с каждым месяцем всё сильнее привязывается к роду и, в один прекрасный день, просто не захочет уходить. Питер рассчитывал на это.
Сегодня, двадцатого февраля тысяча пятьсот восемьдесят второго года, Питер постарается сделать очередной маленький шаг для человека, но большой шаг для человечества.
Этот шаг назывался блауофеном[35], который уже появился в Европе и в настоящий момент радует металлургов большими партиями качественной стали. До него был штукофен, партии поменьше, но зато больше процент выхода стали. Питер за цифрами не гнался, ему нужно много стали за раз, что даст именно блауофен.
Полгода назад, он, из обычного кирпича и модернизированного раствора, построил шахту, в которой началось строительство этой печи. Мучительно, долго, с переделками и браковкой кирпича, но печь была построена. Питер постарается забыть эти дни, когда каждый день казалось, что ничего не получится. Шамот ученики начали жечь ещё в прошлом году, поэтому его было достаточно для создания кирпичей. Рецептуру кирпича подбирали недолго, Питер знал рецепт, просто на всякий случай провел испытания для нивелирования вероятности ошибки. По сути, блауофен представляет из себя два усечённых конуса, которые соединены широкими основаниями друг с другом. Сверху, в малое сечение конуса, засыпают уголь и руду, а почти у основания нижнего конуса подают воздух в специальную фурму. Сегодня предстояло загрузить печь коксом и рудой, разжечь и получать удовольствие и, хочется надеяться, сталь.
Кокс Питер изготавливал из угля, методом коксования, с учётом местных условий. В холме за селением было вырыто место под щелевидную печь, в которую засыпался уголь, перекрывался кислород и поддерживалась температура в районе девятисот градусов Цельсия, то что в районе, Питер был уверен, но не точно. Он не знал свойства местного угля, поэтому использовал древесный уголь. Так было легче рассчитать температуру, исходя из объема топки, количества топлива и калорийности древесного угля, который при одинаковых исходных, старается давать одну и ту же температуру. У Питера было три градации. Где-то в районе пятисот градусов, где-то около тысячи, и тысяча-тысяча двести. Сегодня, благодаря коксу в топке, должна появиться новая, четвертая градация, тысяча двести — тысяча шестьсот градусов. Он на это очень надеялся.
Ещё одним пунктом будет предстоящая долгая работа. Чтобы выбить сталь из блауофеновской крицы, нужно очень много по ней долбить кувалдой и молотом. Сам Питер этим заниматься не будет, в роду хватает здоровых мужиков, которые не против покачаться и получить в конце вознаграждение в виде изделий из стали. Ушастый Бизон кажется, никогда не устанет демонстрировать любому желающему свой штык-нож М7, так давно подаренный Питером. За аналог многие воины готовы душу продать. Правда, души Питеру не нужны, ему нужны добросовестные работники.
И вот, пламя в топке разгорается. Пара часов томительного ожидания и стало заметно, что печь-то горит!
— Это исторический момент! — вознес Питер указательный палец в небо. Ученики пристально уставились в небо. — Да нет же, идиоты! ЭТО исторический момент.
Он указал на основание печи.
— Дождемся, пока всё это прогорит и получим долгожданную сталь. — объяснил он. — Ну-ка, Малый, что сейчас происходит в печи?
— Кхм! Кокс, содержащий вредной серы меньше, чем обычный уголь, почти без остатка сгорает, отдавая тепло руде, которая плавится и по стенкам печи стекает в основание. Мы откроем задвижку из яшмы и оттуда упадёт кусок крицы. Потом мы его раскуём, поделим на куски и мужики будут часами бить эти куски кувалдами. — бодро отчеканил Малый Кондор.
— Молодца! — похвалил его Питер. — Бобёр, чем они будут его бить?
— Думаю, те молотки из твёрдого железа, которое мы сделали из болотного железа в той печке, которая рассыпалась на третью плавку. — ответил Чёрный Бобёр.
— Соображаешь! — также похвалил ученика Питер. Ему не жалко, а сегодня они заслужили. — На что мы потратим первую сталь, а, Черный Соболь?
— Ну… — замялся он.
