Сухой тип посола мяса как и ожидалось, сохранил мясо в консервированном виде, без лишних запахов и изменений пигментации. Четыре бочки с разной степенью концентрации соли без видимых изменений. Сегодня вечером будет испытание на добровольцах. Мокрый тип, с разной концентрацией соли в рассолах, показал разные результаты. Малосольный испортился, чуть повыше начал давать запах, последние два нормально. Питер из соображений здравого смысла не стал делать высоченные концентрации соли, поэтому ожидал, что даже последнюю бочку, с самым высоким уровнем соли из четырех, можно будет употреблять, после обработки. Всё это делалось для разнообразия, если вдруг что-то пойдет не так.
Питер самостоятельно перетащил бочки к себе, объяснил Мэке, что делать с мясом, показал, научил. Так до вечера и готовили оригинальный ужин.
Вечером пришли ученики и состоялся первый ужин будущих молодоженов. Питер внимательно наблюдал за реакцией на вкус мяса, сам пробовал, спрашивал мнение. Будущим супругам всё понравилось, так как оригинальный вкус.
— На самом деле, это соль. — признался Питер. — Да-да, соль. Я никого до этого её есть не заставлял, но сам регулярно подсаливал свою еду.
— А! Ты ещё на лепешки что-то постоянно сыпал! — вспомнил вдруг эпизод Малый.
— Не знаю, как остальным, но мне так даже больше понравилось. — поделился мнением Бобёр.
— Это ещё не всё! — объявил Питер. — Мэка!
Жена ушла на кухню и принесла оттуда деревянное блюдо с обжаренными тефтелями из кукурузы и солонины. Питер чуть подустал нарезать мясо, но оно того стоило, как показала дегустация.
— Что это? Это просто великолепно! — поделилась ощущениями Омуса.
— Потом тебе объяснят. — Питер подмигнул жене. — Малый, чего там с предшедевром?
— Делаю, учитель. Скоро будет готово. — ответил Малый, жуя тефтелю.
— Остальные? — спросил Питер.
— Будет готово скоро. — заверил Бобёр.
— Уже готов. — ответил Соболь.
— Да ну! — не поверил Питер. — Покажешь после ужина.
Ученики переглядывались с будущими женами, Мэка довольно на это смотрела, Питер несколько раз попытался разговорить компанию, но не имел успеха. Потихоньку доели и разошлись. Соболь повел его с остальными учениками в свою комнатушку.
— Вот он, мой предшедевр! — стянул он кусок ткани с предмета на полу.
— Ну что сказать… — Питер сделал паузу, за время которой Соболь вспотел. — Поздравляю, ты подмастерье!
На полу стояла ручная борона типа "зиг-заг". Цепь с кожаными лямками на четверых, бронзовая основа и железные зубья.
— Как придумал и откуда взял железо? — задал вопрос Питер.
— Придумал… Ты же в тот раз сделал грабли для женщин, чтобы землю рыхлить? А я в один день подумал, а чего много раз водить ею, если можно за раз пройти? Вот и представил, что шесть граблей друг за дружкой идут, так и придумал. А железо из того чугуна взял, намаялся с молотком, но сделал.
— Почему именно железо? Чем бронза плоха? — продолжил опрос Питер.
— Так я заметил, что грабли бронзовые ломаются иногда, зубья откалывает, гнутся… Предположил, что железо будет более твердым. — ответил Соболь.
— А ты смекалистый. — похвалил Питер. — Молодцом, поздравляю. Вы двое, жду от вас чего-то ещё более выдающегося. Всё, по домам.
У учеников были свои отдельные комнаты, так как их статус в роду был довольно высок. Ну не может воин несерьезно относиться к человеку, который делает ему оружие, броню и расходные материалы. А видя уважение воинов, уважительно относятся и женщины. Поэтому и комнаты отдельные, дабы в спокойной обстановке отдыхалось лучше, чтобы потом лучше работалось.
Питер вернулся домой, чтобы быть встреченным Мэкой. Он упал на кровать, куда она его толкнула. В комнате было темно, лампа осталась на столе. С жены упало кожаное платье, если верить шорохам. Плеч Питера коснулись тёплые руки, он притянул её за талию, поцеловал в шею, затем заметил, что его коснулись ещё одни руки. Он напрягся, Мэка это почувствовала.
— Это Кэнти[36]… — прошептала она, обдав его ухо горячим дыханием. Упругие груди прижались к нему и она медленно выдохнула с полустоном.
Вечер удался на славу, а ночь так вообще.
Питер недоверчиво осматривал днище судна, мерно покачивающегося на слабых колебаниях речной воды.
— Точно не течёт? — на всякий случай спросил он.
— Да мы неделю следили, всё законопачено надёжно. — заверил Дерзкий Енот, помощник испанца в сфере кораблестроения. — Это судно лучше, чем каноэ, в десять раз! Если бы я был моряком, то выбрал бы баркас!
— Ты что, продаешь мне его? — спросил Питер. — Достаточно. Эктор?
— Руль вмонтировали, надежно стоит. Даже бронзовыми пластинами корпус в его области обклепали, как ты просил. — взял слово испанец. — Правда я не понимаю, зачем днище покрыли медью?
— Знаешь, что такое докование? — спросил Питер, садясь на одну из лавок гребцов.
— Конечно! Не будь я моряком последние пять лет! — кивнул Эктор.
