Питер решил специализировать "многочисленные" войска могавков, разделив их на мечников со щитами, мечников прорыва, арбалетчиков/аркебузиров и пикинеров. При наращивании кавалерии бледнолицых, первые два типа пехоты отойдут на второй план. От арбалетов постепенно придется отказаться, но это произойдет гораздо позже. Питер модернизировал арбалет, улучшив стремя, благодаря чему заряжание стало намного проще и легче, настолько легче, что с этим может справиться не самая сильная женщина или ребенок. Плечи теперь изготавливались из упругой стали, которую Питер произвёл опытным методом, используя свои ограниченные познания в черной металлургии. В итоге получились широкие тридцати пяти фунтовые чудовища, с силой натяжения сто пятьдесят фунтов, при ходе плеч в двенадцать дюймов. При таких характеристиках, скорость полёта болта должна быть где-то в районе ста, может ста двадцати, футов в секунду. Бешеная скорость полёта, высокая настильность, относительно лёгкое заряжание — всё это отодвигало уход арбалетов в прошлое где-то лет на двадцать. До тех пор, пока ударно-кремневый замок не займёт своё законное место в армиях мира.
Сейчас, по состоянию на конец XVI века, доминируют фитильные замки, которые геморройные по своей природе, ввиду того, что требуют постоянного поддержания огня, в дождь и сырость не работают, ещё их смертельной проблемой был ветер, который мог одним сильным порывом обезоружить взвод стрелков. Колесцовый замок во всём лучше, чем фитильный, но в изготовлении очень и очень сложен и дорог. Альтернативой колесцовому замку являлся уже упомянутый ударно-кремневый замок, более дешевый, но требующий также чуть более продвинутой технологической базы. Европа сейчас ломает голову над несколькими неразрешенными пока проблемами этих замков. Первая проблема — ещё не найдены оптимальные тип и форма кремня, который будет воспламенять затравку пороха. Вторая — не знают пока, как сделать так, чтобы спущенный курок не бил по полке для затравки. Если он бьет по полке, затравка слетает на землю и искрам нечего поджигать. Третья проблема — требования к материалу пружин и огнива. Так как кремень применяется твёрдый, необходимы более прочные огнива и более тугие пружины, чтобы обеспечить достаточную силу удара.
Эти проблемы должен решить какой-то француз в начале семнадцатого века, совместив лучшие решения из двух разных школ изготовления ударно-спусковых замков. У него получится батарейный замок, который будет использоваться следующие триста лет, модернизируясь до своего максимума. Потом наступит эра револьверов, многозарядных винтовок и пулемётов, но это совсем другая история.
Питер сильно задумался. Сейчас применяются аркебузы, фитильные замки, но имеются также и колесцовые, изобретённые самим Да Винчи, ударно-кремневые тоже есть, но весьма проблемные. Так уж получилось, что кое-что об ударно-кремневых замках Питер знал. Довелось ему даже пару раз выстрелить из трофейного мушкета с таким замком[43]. Один из вьетконгов ходил с таким, пока не встретился с Питером. Сугубо из любопытства, он разобрал и собрал его, пару раз выстрелил, пусть за давностью не помнил точных размеров, но принцип работы и общие очертания усвоил, поэтому шансы на изготовление рабочего образца имелись. Хотя лучше было бы заиметь своего квалифицированного оружейника, но это из области трудноосуществимого.
Образцы аркебуз имеются, пусть с израсходованным ресурсом, с риском взорваться при неправильном обращении, но Питер из них стрелять не собирался.
Как показало изучение, ствол высверленный, достаточно качественно, нарезов нет, да и Питер не ожидал их увидеть. Пули с большим допуском, свободно падают на дно ствола при заряжании.
— Видите? — Питер указал на характерные следы сверления в стволе. — Это работа сверла. Будем делать сверлильный станок. Он будет почти как для дерева, но лучше фиксировать изделие, и с более прочными свёрлами. Ещё и механизм для сверления придется сооружать.
Питер уже применял примитивный коловорот на станине, для сверления отверстий в древесине. Там применялась мускульная сила для произведения оборотов сверла. Разумеется, для стали это совсем не подходит. Нет такого человека в племени, который сможет произвести хотя бы пару оборотов примитивного коловорота вглубь стальной заготовки.
— Но сталь же прочна как ничто! — воскликнул Черный Соболь. Он поверить не мог, что кто-то сможет "провернуть" подобное. — Невозможно!
— Если не самые образованные европейцы в своей глубоко религиозной Европе делают такие стволы, мы чем хуже? — спросил Питер. — Я представляю как будет выглядеть станок, но придется долго корпеть над чертежами… Вы пока продолжайте штатно делать кирасы и поножи. Хрен с ними, со щитами, потом. А я пошел домой, работать…
Дома Питер сразу же вошел в кабинет, где стоял его самодельный кульман, с которого обычно и переходят в чертёж все проекты ещё не построенных зданий, водяных мельниц, вышел противовесный молот и латный доспех Бизона.
