– Конечно, да, пожалуйста. Я буду рада. С каждой почтой. Обещаю, что буду держать вас в курсе моих планов. – Она выдвинула ящик стола и достала оттуда конверт. Он был адресован Тесс Струан. И не запечатан. – Вы можете прочесть его.
– Благодарю вас, мэм, но в этом нет нужды.
Анжелика забрала у него конверт, но не стала его запечатывать, а просто заправила клапан внутрь.
– Это избавит вас от необходимости держать его над паром, чтобы вскрыть, Эдвард.
Он рассмеялся:
– Почему вы так уверены, что я стал бы делать это?
– Я бы сделала. Это было бы слишком большим искушением. Но, пожалуйста, запечатайте его, перед тем как будете вручать ей.
Он кивнул:
– Вы как-то сказали, что теперь вы понимаете, почему я нравился вашему мужу, почему я был бы опасным врагом и еще более опасным другом. Возможно, это относится и к вам тоже, Анжелика.
– Может быть, – просто ответила она. – Я пробираюсь на ощупь в этом новом мире, Эдвард. Он полон трудностей и невидимых глазу опасностей. Но вы увидите, что на меня можно положиться, когда я даю свое слово, как я дала его вам. Не забывайте, что я француженка. – Легкая улыбка. – Прочтите его.
Письмо гласило:
Дорогая миссис Струан, читая эти строки, Вы уже будете знать ужасное известие о Малкольме, – извините, что я не могу говорить с Вами лично, но доктор Хоуг посоветовал мне воздержаться от путешествия и на «Гарцующем облаке», и на пакетботе.
Я не могу высказать Вам, как я убита горем, что пережила. Позвольте мне просто сказать, что я любила его всем сердцем и старалась сделать все как можно лучше, пока он был жив, и после его смерти отчаянно пыталась похоронить его так, как он желал, в море, как был похоронен его дед, которого он обожал. Но мне запретили это. Пожалуйста, я умоляю Вас, пожалуйста, сделайте для него то, что не смогла сделать я.
Но я смогла выполнить другой свой долг перед ним. Податель сего письма был другом Вашего сына. Он привез сведения огромной важности – те, что он обещал передать Малкольму в день, когда он умер, те, что он, Малкольм, спешил передать Вам, немедленно отправившись с «Гарцующим облаком»: средство уничтожить ваших извечных врагов, Тайлера и Моргана Броков. Мистер Горнт поклялся мне, что передаст Вам все до мельчайших подробностей. Я умоляю Вас воспользоваться этой информацией, если она действительно так ценна, как он уверяет. Успешное окончание этой старинной вражды и избавление Вас от боли, которую она Вам причиняет, будет Малкольму, я знаю это доподлинно, лучшей эпитафией, какую он мог бы себе пожелать.
Она поставила внизу дату и подписалась: Анжелика Струан, Иокогама. В письме был постскриптум:
Странно, не правда ли, что мы, между кем столько общего – я тоже ненавижу своего отца, он тоже пытался меня уничтожить, – были все это время такими чужими друг другу, так напрасно.
Эдвард Горнт с задумчивым видом заклеил конверт. Он положил его в карман и поднял бокал.
– Долгих вам лет, вы замечательная женщина, замечательная.
– С чего вы взяли?
